От ехидства, прозвучавшего в голосе друга, Денис понял, хана ему, хана… И выдал на радостях:
— Спасибо, брат!
— Ладно, давай спать.
Жора отбился и отрыл дверь ванной, собираясь пойти в постель и продолжить прерванный сон. За дверью стояла Инга, левая бровь ее подозрительно поползла вверх. Мужик предпочел не тянуть интригу:
— Денис просил устроить им венчание, — потом многозначительно добавил. — Завтра.
— Завтра? — она аж присвистнула, но прониклась мгновенно. — Их же без свидетельства о браке не обвенчают.
— Вот и я о том же, — проговорил Жора.
Инга уже не слушала, в ее глазах отразилась усиленная работа мысли.
— Так! Сын зав отдела ЗАГС лечит зубы у меня, — тут она прищурилась. — А мама отца Гавриила у Наташки… Подожди, сейчас мы сделаем пару звоночков…
Дальше Жора просто отправился в постель, понимая, если женщина присела на телефон, пусть даже среди ночи, пытаться встревать бесполезно. И только он собрался заснуть, как на него обрушился растрепанный и ужасно довольный рыжий вихрь с победным воплем:
— Я все устроила! Я молодец?
Даже не стал спрашивать, как ей это удалось.
Разбудить людей среди ночи и решить за пять минут то, что нормальные люди делают несколько месяцев. Он просто прижал ее к себе и прошептал на ушко:
— Мммм… моя врачиха! Иди к папочке…"
"Хорошо, когда в городе все друг друга знают, или родственники. Или хотя бы лечат зубы у правильных людей.
А еще надо выспаться, потому что завтрашний день тоже будет богат событиями. Перед тем как заснуть, Инга спросила:
— Слушай, Жор, как думаешь, Гамовы не устроят очередную подлянку?
— Не знаю, — проворчал Жора.
— Они же твои родственники, тебе лучше знать.
— Ну… Я не думаю… Вчера вечером Арсен с женой приходили к моим. Извинились за поведение матери.
— Да? А мне чего не сказала? — оживился Жора.
— А ты был занят, с парнями анекдоты травил. Папа сказал, завтра днем они собираются сюда.
— О-о… — выдавил Жора.
Потом философски махнул на это рукой, понимая, всего предвидеть невозможно.
* * *Всего предусмотреть действительно невозможно.
После малоприятного визита к родственникам Арсен чувствовал себя как выжатый лимон. Пришлось краснеть, не зная, как сказать то, чего нельзя говорить. Одно несомненно, родственники вполне справедливо разговаривали с ним «через нос». И вряд ли такое забудется, даже со временем.
Его подавленное состояние не располагало к беседам, да Дина и не привыкла к беседам. Разговаривать как люди, они начали практически только вчера.
