– Ну, чего тебе, щегол? – весело спросил он и, как-то незаметно переместившись, оказался совсем рядом со мной.
Я взглянул в его смеющиеся глаза, рука сама собой нырнула вниз и цепко ухватила рукоять табельного «макара». Это было все, что я успел сделать.
Глава 3
Убийца
Пинком, как и положено невидимке, я распахнул дверь и вышел из подъезда. Остановился и постоял немного, покачиваясь с пятки на носок, чтобы сидящие в засаде как следует меня рассмотрели. Впрочем, в тот момент это был не совсем я, вернее, не я, а один достаточно немелкий чин с Петровки.
Когда-то, еще в начале прошлой жизни, мне довелось отучиться в одном достаточно закрытом заведении без вывески, в которое не принимали абитуриентов с улицы и не сдавали никаких вступительных экзаменов. Зато здорово отсеивали в процессе самого обучения. Помнится, к выпуску из восемнадцати лбов нас осталось ровно семь.
– Запомните, благородные доны, – любил говаривать один из преподавателей, обучавший нас искусству перевоплощения. Не знаю, правда ли это, но поговаривали, что он был самым настоящим притворщиком с очень неслабым послужным списком.
– Запомните и постарайтесь не забыть, не стоит изобретать велосипед, пытаясь перевоплотиться. Просто погуляйте, посмотрите по сторонам и попытайтесь найти прототип."
"Я так и поступил, пошлялся возле тридцать восьмого дома по улице Петровка и нашел то, что искал, точнее кого. Наглый, раскормленный до размеров хряка полковник в форме из сукна не по чину. Важный и загадочный, как все лентяи и бездельники, отъявленный хам, как все блатные, словом, колоритный и легко запоминающийся тип.
Сдвинул фуражку на затылок, полез было за сигаретами, но передумал, потому что ни разу не видел, чтобы прототип курил.
Но, господа, как хочется стрелятьсяСреди березок средней полосы…Известил общественность сочный до жирности баритон из растворенного окошка. В проеме показалась изрядно нетрезвая харя любителя белогвардейских романсов. Не знаю, как насчет стреляться, но выпивать под них очень даже недурно.
Я поднял голову и обласкал ухаря добрым, очень специфическим взглядом. Окошко тут же захлопнулось, пение смолкло.
В кармане якобы зазвонил телефон, я схватил трубку и тут же принялся кого-то душевно воспитывать. Все, вот теперь можно смело идти. Не сомневаюсь, что засадой руководит достаточно взрослый человек, не раз и не два посещавший разного рода серьезные конторы по профилю в Москве, Петровку тридцать восемь в том числе.
