Я лежала на кровати, одетая лишь в легкий халат, и разглядывала потолочные балки чердака старой башни. Словно окаменевшие древние строительные элементы, они тонули во мраке. Однако наедине со своим пушистым котом Кузей я не чувствовала одиночества — он спал громко и умиротворенно рядом с нами, а за старинным зеркалом старой бронзовыми рамами никто не появлялся....
После чего окончательно «добил»: — В следующий раз не пожалею, даже если будешь каяться в одном нижнем белье! Ясно?!
Гордость? Ну, она у меня, разумеется, имелась, но от этого тона и сверкания глаз как-то резко в обморок грохнулась. Зато чувство самосохранения заставило пролепетать:
— Каст, я поняла. Такого больше не повторится.
Король факультета поджал губы, словно решая, верить ли столь быстрой капитуляции зарвавшейся иномирянки или нет. Взгляд Каста скользил по мне, а я… В общем, я после его слов об отсутствии одежды на положительное влияние своего бюстика молилась.
Наконец пламя в глазах Каста погасло, позволяя украдкой, с облегчением выдохнуть.
— Ладно, Дашунь. Будем считать, что ты действительно поняла. — Голос Каста тоже прозвучал спокойнее. — Но один вопрос на проверку я тебе все-таки задам.
Я недоуменно приподняла бровь и услышала, в общем-то, ожидаемое:
— Что ты делаешь в следующие выходные?
У! Блин, это нечестно! Просто нечестно, и все! Но промолчать нельзя, и отказ… ну, на данный момент он самоубийству равен.
Поэтому пришлось глубоко вздохнуть и смириться, ответив:
— В следующие выходные я сопровождаю тебя на вечеринку.
— Умница, — похвалил король факультета и широко улыбнулся. Потом вновь мазнул взглядом по амулету на моей груди, развернулся и бодро зашагал прочь.
А я осталась стоять у лестницы, с полным осознанием того, что мне действительно придется пересмотреть свою позицию по отношению к сокурсникам.
Да, я больше не изгой, и теперь мне придется играть по другим правилам. Но, может быть, это к лучшему? Ведь меньше поводов для нервов — больше сил для учебы. И… и списать, если что, будет у кого.
Ладно, посмотрим, что получится. И будем надеяться на лучшее.
А сейчас, пожалуй, стоило постараться успокоиться и заняться насущными проблемами. Ведь те две недели, которые я посвятила подготовке к танцу для Ваула, сил и времени на самостоятельные занятия не то что не хватало — просто не было.
Меня эта ситуация, разумеется, не устраивала, и теперь, после того, как испытание закончилось, возможность ее исправить появилась. Так что остаток дня был посвящен исключительно учебе.
