Поэтому скоро мы втроём шли по заснеженной улице среди городских башен в сторону моста, который соединял Южный и Восточный Квартал. Вернее, шла только я. Малыши оба сидели на санках и руками загребали снег, хохоча и пытаясь лепить снежки в неповоротливых от количества одежды руках.
— Рейна Брук? — раздался мужской голос позади.
Я обернулась и обнаружила, что по ступеням с моста сбежал высокий красивый мужчина в чёрном плаще. Он вообще весь был в чёрном: брюки, камзол, даже воротничок рубашки виднелся чёрный. Волосы его тоже были иссиня-чёрными.
И на фоне всего этого удивительным образом сияли яркие голубые глаза.
Это был джейд Ассандр.
— Здравствуйте, господин директор, — я опустила взгляд.
— Мама, смотьи, дядя смесной, — заметила Лиззи. — Тёйный, как ноть!
Чёрный, как ночь. И глаза — как звёзды. В этом она была права. Мой взгляд невольно опустился на Раиля, который был таким же тёмненьким и с такими же ясно-синими глазами.
Дракона слова моей дочери развеселили.
— Это всё потому, что меня не освещает такое солнышко, как ты.
С этими словами он сорвал две сосульки с козырька над какой-то дверью и, присев перед детьми, выдал каждому по одной.
— Они ведь будут их есть, — с укором заметила я.
— А кто мы такие, чтобы не давать детям наслаждаться сосульками, пока они есть? — дракон сощурился, всё ещё сидя на корточках, и бросил на меня пронзительный взгляд, от которого внутри что-то перевернулось.
— Я их мать, и думаю, этого достаточно.
Джейд Ассандр выпрямился и, приблизившись ко мне, посмотрел сверху вниз.
На его щеках туда-сюда перекатились желваки, и мне не хватило духу выдержать его прямой взгляд. Опустила ресницы, сделав вид, что слежу за детьми, которые, к счастью, не начали есть сосульки, хотя прекрасно поняли, о чём мы говорили. Лиз выглядела очень серьёзный и смотрела на нас исподлобья, а Раиль отрешённо смотрел на реку, которая виднелась между каменных опор ограды.
— Рейна Брук, — неожиданно спокойно произнёс наш новый директор. Но я не позволила себе обмануться этим мягким, немного вкрадчивым тоном, который норовил залезть под кожу.
— Вы, возможно, расстроены из-за того, что я забраковал ваш проект.
— Мы работали над ним почти весь год, — сухо сказала я. — Вся моя команда. Не знаю, как насчёт вас, а джейд Оверсон делал упор на расширение компании и увеличение источников дохода, а не на то, чтобы чахнуть над имеющимся сундуком золота.
— Хочу заметить, что свой сундук я уже отдал Оверсону, и у меня его попросту нет.
