Он положил Энн на кровать, лег рядом и приподнялся на локте, так чтобы видеть ее красивое лицо и тело. Ему необходимо было вовремя заметить даже слабую тень тревоги.
Энн повернула голову и нахмурилась, глядя на свечу:
— Ты ее не задуешь?
— Нет. — Стивен положил руку на грудь невесты. — Я хочу видеть тебя.
Энн улыбнулась:
— А я, пожалуй, хочу видеть тебя. — Она провела рукой по широкой груди Стивена и легонько толкнула.
Стивен лег на спину. Что ж, пусть делает что хочет. Хотя он с трудом мог предположить, куда заведет их ее неопытность.
— Что ты собираешься делать?
Энн встала на колени:
— Ты сказал, что я смогу продолжить то, что делала, когда мы лежали на кушетке в зеленой гостиной.
— Да? — Соображать становилось все труднее. Вид ярко-рыжих волос, падающих на молочно-белые плечи и грудь, отвлекал внимание. — Я думал, ты хочешь, чтобы я продолжил то, что делал.
— Чуть позже. Мне очень хочется кое-что сделать. — Глаза Энн были устремлены на…
Зевс всемогущий! Стивен зажмурился и со стоном втянул в себя воздух.
Энн целовала его член. Ее губы двигались по нему до безумия медленно. Ах, если бы она только догадалась…
Она догадалась. Сначала она только чуть коснулась его языком, словно пробуя на вкус, но потом осмелела и даже открыла рот, чтобы…
— Энн!
— Что? — Она нахмурилась и прикусила губу. — Разве тебе не нравится? Судя по звукам, которые ты издавал, тебе было приятно.
Стивен почувствовал, что краснеет.
— Конечно, мне приятно. Еще как! Но, боюсь, я больше не смогу сдерживаться.
— Он запустил пятерню в ее густые волосы. — Ты довела меня до грани. Я должен тобой овладеть, иначе окончательно потеряю над собой контроль.
— А-а-а… — Энн тоже стала красной.
— Иди сюда, — Он легко потянул ее за волосы. — Если не возражаешь, медленные, неторопливые занятия любовью мы оставим на следующую ночь.
— Не вижу причин для спешки, — пробормотала она, но позволила Стивену уложить ее на кровать.
Лишь только ее спина коснулась матраса, Стивен оказался сверху и припал губами к ее губам.
Энн задрожала. Стивен наконец вошел в нее, и все было совсем не так, как с Брентвудом. Не было и намека на боль — только удовольствие. Энн лежала в мягкой постели, обнаженная, с мужчиной, которого любила всем сердцем. Она чувствовала тяжесть его тела, его твердый член внутри себя и тепло. Это был сущий рай… ну, плотский рай.
Он выскользнул из нее, а потом медленно вошел снова. Вперед-назад, вперед-назад.
