""В комнате темно, но я был прав
Тлеют на руках твои мечты
Если ты забыла, кто твой враг…
Я тебе напомню — это ТЫ…"".
© Дарсн — Комната
Сейчас Марина даже не знала, чего хочет больше — чтобы развязали веревки, стягивающие запястья до боли в костях, или выключили проклятый проигрыватель, который стал изощренной адской пыткой и выматывал нервы. Вытягивал по одному и разрывал этой нескончаемой монотонностью, от которой девушка уже сходила с ума.
Она бы раздробила его на части, доползла до него и разгрызла зубами, если бы не короткая веревка, перекинутая через ржавую батарею под низким потолком и завязанная у несчастной на горле, как петля виселицы, затягивающаяся каждый раз, когда Марина пыталась пошевелиться.
Бывали моменты, когда она все же рвалась к проигрывателю и хрипела, задыхаясь, захлебываясь слезами от бессилия."
"Она ненавидела его так же люто, как и того, кто швырнул ее сюда, в этот вонючий подвал, где воняло плесенью, сыростью, ее собственной мочой и чем-то еще. Она не могла определить, чем именно, но этот запах заставлял ее леденеть от ужаса.
Наверное, так воняет сама смерть. Она витает здесь между стенами. Марина ее чувствовала кожей. Слышала в скрипе половиц где-то неподалеку, в завывании ветра по ту сторону двери. Она там. Ждет, когда ОН придет и отдаст ей растерзанную жертву. Страшнее всего не сама смерть, а ее ожидание. И девушка прислушивалась к каждому шороху.
А потом… Потом она поняла, что даже когда Марат избивал ее, и она валялась у его ног и боялась, что забьет до смерти — то не испытывала и толики того страха, который сковал ее, когда ЭТОТ психопат вдруг подошел и оттянул ее голову назад, надавил на щеки, заставляя открыть рот.
Марина даже в какой-то момент обрадовалась, перестала сопротивляться — решила, что он хочет просто использовать ее. Мало ли какие извращенцы обитали в этой глуши. Но вместо твердого горячего члена в ее рот проникли сильные пальцы и рванули на себя язык. Марина затрепыхалась… и закричала от резкой боли, вспоровшей все тело и беспощадно вывернувшей все внутренности наружу.
Она захлебывалась собственной горячей кровью, которая обжигала рот. Девушка пыталась выплюнуть ее, но у нее не получалось. И отчаяние резкой волной обрушилось на сознание, кромсая его на куски… Иногда ей все же удавалось ненадолго отключиться, провалиться в тревожный сон, наполненный кошмарами… А иногда она лихорадочно вспоминала каждое мгновение до того момента, как оказалась в этом аду.
