Они заверили меня, что более здоровой женщины по эту сторону пролива не найти, а мне нужен наследник.
- Кхм, - закашлялась баронесса.
- Вы можете отказаться, – напомнил мужчина.
- Не могу! - с горячностью вскрикнула она. - Я согласна! Я буду вам хорошей женой, рожу сыновей, заменю мать Элен. Я сделаю все, только не забирайте назад свое предложение, не оставляйте меня тут."
"- Ну-ну, моя дорогая, – смягчился граф, – не волнуйтесь так. Я не из тех вертопрахов, которые направо и налево разбрасываются обещаниями.
Готовьтесь к свадьбе и ни о чем плохом не думайте.
- Спасибо, - сглотнула Луиза. – Я не подведу вас, ваша светлость, пообещала она и как это ни странно сдержала свое обещание.
За одиннадцать лет брака Луиза Арклоу родила мужу двоих сыновей, нежно заботилась о падчерице-племяннице, чтила память покойной сестры, испытывая к ней горячую благодарноcть. Ведь от Люси и в жизни, и в смерти она видела лишь добро.
К крошке Элен графиня относилась как к родной дочери, а может быть чуть лучше.
Впрочем, ее кровиночке тоже было грех жаловаться. Марианна росла с графскими детьми и ни в чем не знала отказа. Учителя, наряды, знакомства - вcе было к ее услугам. Граф Дроммонд покровительствовал умненькой, ласковой девочке. Даже выделил ей довольно щедрое приданное и пообещал найти наилучшего из возможных жениха.
Эсмонд вообще оказался прекрасным человеком, замечательным мужем, мудрым властителем, достойным слугой его величества, единственной слабостью которого была дочь от первого брака.
Ее он любил безмерно, не в силах отказать ни в чем. Слава Вcевышнему, что Элен росла скромной, доброй девочкой. Возможно, излишне романтичной, но очень, очень хорошей. Она нежно любила отца, была привязана к тетушке, младшим братьям, кузине и, конечно же, жениху - Ролану Иттенбрю, который появился в замке около года назад и был принят в графскую дружину.
- Лишний клинок мне не помешает, тем более такой, - благодушно отзывался Эсмонд Арклоу о младшем сыне своего воинского наставника - графа Иттенбрю.
– В свое время твой отец убил на меня кучу времени и сил, обучая премудростям воинской науки, - не раз говаривал он почтительно внимающему ролану. - Теперь пришел мой черед отдавать долги.
Это было некоторым преувеличением. В свои двадцать пять Ролан давным-давно был посвящен в рыцари и не нуждался в наставнике, скорее ему нужен был могущественный покровитель. Ведь несмотря на родовитость, приятную внешность и прекрасные манеры, он был небогат.
