Тебе в гостиной постелить или ты в коридоре на чемоданах приляжешь?
Глава 3
Ахметов снимает обувь и проходит вглубь своей квартиры. В то время как я стою посреди прихожей, хватаю ртом кислород и пытаюсь себя уговорить, что рукоприкладство — это не выход."
"Ситуация просто ужасная. Отвратительная. И самое печальное в этом всем то, что у меня, по сути, и выбора нет. Хотя нет, я могу выбрать, где лечь спать. В коридоре или гостиной. Я прям шикую сегодня!
Даже если представить, что я готова взбрыкнуть и на самом деле идти двадцать километров, Ахметов просто не откроет дверь.
Я ведь прекрасно видела, что он положил ключи от квартиры в свой карман!
И самое ужасное, что мне даже некому позвонить. Юлька — моя единственная подруга из прошлой жизни, сейчас со своим парнем отдыхает за границей, они приедут только через несколько дней. И то, ситуация бы была непростой, потому что парень Юли — лучший друг Ника. Да, ситуация сложная, но Юля была единственной, кто помог мне пережить тот ужасный момент, когда я оказалась в чужой стране.
Разбитая, раздавленная, полностью в депрессии. Она была той, кому я могла рассказать все. Обсудить. Когда мне стало немного лучше я сказала, что Ахметов для нас запретная тема. Больше не хотела о нем ни слышать, ни говорить. Знала, что подруга осведомлена о его жизни, новостях. Часто с ним видится, потому что парни дружат. Я оградила себя от информации о нем, потому что так было проще. Так казалось, что не так сильно болит. С мамой мы почти не обсуждали Ника.
Она не была в курсе наших с ним любовных отношений. Она просто знала, что мы с ним терпеть друг друга не можем и я просто не стала ее разубеждать в этом. Поэтому мама в принципе не заикалась за Ника. Поэтому сейчас я понятия не имею чем живет и дышит Ник Ахметов.
— Мне нужна комната, в которой закрывается дверь! — Я снимаю свои кроссовки и схватив один из чемоданов иду вглубь квартиры. На поиски Ника. Я просто запрусь в комнате до утра, а завтра уеду из этой квартиры раз и навсегда.
Сворачиваю за угол и чуть не впечатываюсь в стоявшего там Ника. На нем расстегнутая рубашка, которая оголяет его торс. На лице наглая улыбка, а мои щеки в который раз за сегодня заливаются румянцем.
— Могу предложить свою спальню, — в его голосе слышится насмешка, этот гад еще и издевается?
— Действительно, чтобы еще ты мог предложить, — фыркаю со смеху и тут же впиваюсь взглядом в его глаза.
— Много чего, но ты слишком впечатлительная. Не все и сразу.
