— А что делать, если ты со второго взгляда по уши? — истерично усмехаюсь.
— Ты влюбилась в Алексея, — она проговаривает, будто уточняя мою проблему, — и поэтому рыдаешь над моим букетом?
— Примерно так… — киваю, не видя смысла скрывать.
— Я думала, что между вами с Бариновым давно что-то есть, — начинает тараторить она, — но спросить неудобно было. Да и ты после ограбления трубку так и не взяла…
Мне становится очень стыдно. Ведь я же так хотела подружиться с этой искренней девочкой, как только она переступила порог магазина.
Почему я потом вдруг решила, что Соня смогла лечь с Северовым в постель ради денег? А даже если и так? Я тоже легла. Но у меня и близко не было тех исходных, что у Сони. Слава Богу, не сирота. И если ей с Сергеем хорошо хотя бы на десять процентов от того, как хорошо с Алексем мне, то я ее понимаю…
— Ты прости меня, пожалуйста… — я делаю над собой усилие, выбираясь из своего убежища, и присаживаюсь на край стола. — Я тогда плохо о тебе подумала, что ты с Сергеем Валентиновичем из-за денег начала, а теперь вот… — развожу руками.
— Сама в этом положении.
— Подожди, — Соня мотает головой. — Аня, я ничего не понимаю. Из-за каких денег ты с Бариновым, если рыдаешь в два ручья о неразделенной любви?
— Он мне помог… — судорожно выдыхаю и, борясь со стыдом, рассказываю Соне нашу историю, не вдаваясь в подробности."
"— Ань… — она растеряно садится рядом со мной. — Я могу поверить в разное про этих мужчин. За пределами дома они не пушистые зайчики. Но с женщинами… Они даже проституток уважают.
Я видела. Не могу поверить, что Алексей поступил так… пошло и гадко.
— Я не знаю… — закусываю губу, понимая на сколько наша с Соней реальность разная. Да и ни к чему девочке в положении знать подробности.
— Хочешь, я поговорю с мужем, — предлагает неуверенно. — Он вернёт деньги Алексею или часть. А ты сможешь уйти.
Уйти… В носу снова начинает щипать.
Уйти красиво, швырнув обратно деньги, и больше никогда не видеть Баринова, потому что он меня не простит.
Зато так у меня останется хоть немного гордости.
— Да, — шепчу уверенно, — я не выдержу ещё неделю. Я хочу уйти. Сама. Не дожидаясь, пока он бросит. Лучше буду должна деньги…
— Но я все равно не верю, — перебивает меня Соня.
— Спасибо… — пытаюсь ей улыбнуться.
— Ой! — она резко вскрикивает и морщится.
— Что такое? — пугаюсь я.
— Пинается… — улыбается Соня, кладя руку на свой небольшой животик под фатиновой юбкой.
Я с удовольствием меняю болезненную тему.
