— Нет, вы ошибаетесь…
— Я живу уже седьмой десяток лет, милочка, и уж поверьте, кое-что замечаю.
Я не спорю. Доктор, конечно, опытный, компетентный, первоклассный специалист, но тут он явно заблуждается.
— Может… вам лучше с Ибрагимом поговорить? — предлагаю я. — Уверенна, что к Ибрагиму он прислушается больше, чем ко мне.
— Нет. — категорично отрицает доктор. — Ибрагим не имеет такого влияния на Харитонова, а вы, милая, имеете!
— Что⁈
Я глупо улыбаюсь. То, что говорит доктор — нонсенс. Харитонов меня за человека не считает.
Какое влияние я могу на него иметь? Мы знакомы без года неделю.
— Сейчас, Валентина, именно вы имеете самое сильное влияние на своего мужа. Используйте свое влияние ему на благо!
Доктор уходит, а я возвращаюсь к мужу. Жар спал. Ему стало лучше. Сейчас он безмятежно спит. Я сажусь рядом и беру его за руку.
— Может, пойдешь к себе, госпожа? Тебе надо поспать. — предлагает Ибрагим.
— Нет. Я останусь рядом с Константином.
Ибрагим кивает. Хоть он и пытается держать лицо, но видно, что он озадачен моим поведением.
Помощник мужа уходит к себе, оставляя нас с Константином наедине.
Муж начинает ворочаться.
— Спите, Константин Романович… — шепчу я, и провожу пальцами по его скулам. — Спите, все хорошо!
* * *
ВАЛЕНТИНА
Открываю глаза я уже в спальне.
Какого черта⁈ Я ведь сидела рядом с Харитоновым! Ничего не понимаю.
Привстаю. Мужа рядом нет. Часы показывают четырнадцать часов.
Да, опять я долго спала, что, учитывая бессонную ночь, неудивительно.
Я быстро встаю, иду в ванную, делаю все необходимые процедуры. Я в джинсах и футболке, тот кто принес меня спящей в спальню, не стал меня переодевать. Просто уложил в кровать, и укрыл пледом.
Мне интересно, как себя чувствует Харитонов, и поэтому я стремительно несусь вниз.
В гостиной никого. Значит, Константин поднялся с дивана. Уже хорошо.
Я слышу его голос, доносящийся из кухни, и мне он как мед на душу. Я рада, что муж оклемался."
"И тут мой взгляд напарывается на пылящееся в углу инвалидное кресло.
Вся радость моментально улетучивается, уступая место злобе.
Вот старый упрямый осел!
Кровь приливает к моим щекам. Я подскакиваю к креслу, и со всей злости толкаю его к кухне.
Порогов нет, кресло современное и маневренное. Мне без труда удается закатить его.
Муж и Ибрагим удивленно смотрят на мое эффектное появление вместе с креслом.
— Что это значит? — озадаченно интересуется Харитонов.
