Хотя, в случае смерти мужа такая бумажка не поможет – всё равно останетесь у разбитого корыта.
Как я сейчас.
Я и чувствую себя тем самым разбитым корытом.
Вздыхаю тяжело.
- Миля, ты когда вернешься? – голос бывшего выводит из ступора.
- А в чем дело, Олег? Почему тебя вдруг интересует, где я и когда вернусь? – отвечаю слишком резко, да и плевать.
- Притормози, Милана, не надо со мной так разговаривать.
- Да неужели? – срываюсь совсем. Он что, думал, что я буду как овца сидеть молча, и терпеть всё? – Пошёл ты, знаешь куда?
Отключаюсь.
Надо бы его в черный список занести, но, блин, у нас дети, да и развод еще в перспективе, так что общаться придётся. Слава богу не «вот прям щаз», потому что Королькевич видимо соображает, что мне под горячую руку не стоит попадаться и не перезванивает.
Я собираюсь уже было встать, как неожиданно на стол передо мной опускается небольшая изящная коробочка с пирожными «макарунс» перевязанная бантом.
Шикарный мужчина. Улыбается.
- Красивой женщине можно не думать о калориях.
Хорошего дня.
Вот так. Не стесняясь моих детей, взял и сделал подарок.
Господи, где таких мужиков делают, а? Можно мне пароли, явки?
Он еще и без кольца на пальце. Неужели холостой?"
"- Ма-ам, а можно пироженку?
Бли-ин…
- Миля, куда ты едешь? Возвращайся домой и жди Олега!
- Мама!
«Азбука» и шикарный мужик остались приятным воспоминанием. Он подарил пироженки и уехал, как я успела заметить на большом черном «Лексусе». А мы приехали на дачу к моим родителям, и я сразу получила нагоняй.
За то, что пою детей кофе. За то, что они едят непонятные сэндвичи, и за…
- А это что такое?
- А это маме дядя подарил.
Капец.
Марго не может язык за зубами держать. Никите пофигу, он сразу на второй этаж бежит, где у него старенький компьютер есть.
- Дядя? Подарил? Миля? – блин, мама и называет меня так же, как бывший! Противно!
- Ма-ам…
- Так, Рита, иди на улицу, там дед тебе хотел что-то показать, потом переоденешься, иди.
Остановить дочь нет никаких шансов. Придётся быть с маман один на один и принимать удар.
- Мам… не начинай, а? Мы просто пили кофе, какой-то мужик стоял в очереди.
- Мужик? – мама кривится, не любит это слово. Блин.
- Мужчина.
- И подарил пирожные? Они семьсот рублей стоят!
- Вот такая я, не дешевая женщина. Один меняет на балерину, зато другой – пирожные за семьсот рублей.
- Перестань. Твой Олег…
- Мама, стоп.
Мама знает, что я не буду слушать в очередной раз её мнение обо мне и моём почти бывшем муже.
