— Рассекая воду широкими гребками, я поплыла к противоположному берегу.
Костя в лучших традициях смелого ухажера последовал за мной. Потом мы вернулись к месту стоянки. Витька в сосредоточенной позе сидел над полуготовыми углями, а Наташа резала салат. Увидев нас, Витька лукаво заулыбался.
— Может, выпьем?
Никто не возражал. Я сделала два глотка белого сухого вина и растянулась на покрывале. Мальчики приняли граммов по сто «Финляндии», а Наташа — полстакана красного. Начался ни к чему не обязывающий треп, в конце которого привязчивый, как тысяча чертей, Витька все-таки добился у нас согласия на прогулку за лесными дарами.
— Жаль, сковородки нет, — весело говорил мой «экс», — а то бы мы этих опят прямо здесь и сейчас!
— Ты вначале найди, а потом о сковородке думай, — улыбнулась Наташа, лохматя мокрый бобрик его волос.
Теперь мы все сидели на покрывале, касаясь друг друга влажными телами. Косте, похоже, нравилось такое положение вещей. Он то и дело крутил головой, улыбаясь блаженной улыбкой и стряхивая на меня каскад теплых брызг.
Потом его правая рука легла сзади на покрывале в неловком объятии. Я с молчаливой улыбкой посмотрела на него и предложила выпить еще, тем более что в моем стакане было больше половины белого сухого. Все дружно поддержали мое предложение.
— Тебе стала нравиться юриспруденция? — лениво спросила я своего «экса».
— Да так, — небрежно хмыкнул он, — отец пообещал мне машину и вообще полную материальную поддержку, если я, как он сказал, «не заставлю его краснеть перед Ильей Гавриловичем».
— Это тот крутой прокурор, который пособил ему с твоим устройством?
— Ага, — Витька взял с тарелки кусок помидора и отправил в рот.
— Ладно, — скомандовала я, — не будем терять время, — ты, Витька, остаешься приглядывать за шашлыком, а мы отправляемся по грибы. Возражения есть?
— Прямо босиком пойдем? — наивно поинтересовалась Наташа.
— Нет, лучше в обувке. Корзинок вы не захватили, поэтому придется ограничиться пакетами. Если они, конечно, понадобятся, — подмигнула я Витьке.
Натянув на ноги кроссовки, мы вооружились импровизированными посохами и отправились в сторону леса.
— Танька! — услышала я за спиной звонкий крик Витьки. — А этот свой не возьмешь?"
"Я вышла из-за дерева и увидела, как он машет в воздухе моим «макаровым». Наблюдательный, однако, усек, что я пистолет в дорогу прихватила!
— А на кой он мне? — растянула я губы в насмешливой улыбке.
— А вдруг маньяк или онанист какой? — по-козлиному бодро засмеялся Витька.
