В Феерической Академии воздух насыщен магией и шепотом секретов. Каждый ученик здесь обладает уникальными талантами, а дневной свет растворяется в ночное призрачное свечение. Здесь любви нет пределов, но каждое взаимное очарование переносит участников в мир между мертвыми и живыми, где границы исчезают....
Прибраться не успела! Не думала, что гости будут! Зеркало целыми днями у нас занято! Мы тут про принцев смотрим! Учимся быть принцами!
Я подошла к столу, глядя на склянку с черепом. Судя по ядовито-зеленому цвету, в ней было что-то нехорошее.
— А, это я микстуру от кашля готовила, — отмахнулась злая мачеха, которая сильно сдала за то время, пока я ее не видела. – Себастьян кашлял… Подозрение на бронхит! Я говорю этим родителям, чтобы берегли детей от сквозняков… Но ничего, бабушка вылечила! Себастьян! Тебе пора микстуру пить! А не то опять кашлять будешь всю ночь!
— Ну ба-а-а! – захныкал младший, протестуя против лечения.
"— Не «бабкай» тут! – сурово произнесла злая мачеха. Вот так злые мачехи иногда становятся добрыми бабушками. – Иначе принцев уберу! Марш пить микстуру!
Что тут началось! Капризы, возмущения, топанье королевскими ножками. «Ничего не хочу слышать, тираны!», - бухтела злая мачеха, выпроваживая их из комнаты и вручая флакон слуге.
— Никакого спасения! Столько лет работать на образ злой колдуньи, чтобы в один прекрасный день удочерить девочку, а потом стать «ба-а-а, покажи принцев!», - вздохнула ведьма, усаживаясь в черное кресло.
— Мне нужен цветок. Он связан с проклятием, — произнесла я, глядя на таинственное зеркало, которое подернулось тьмой. В коридоре послышалось: «Иииииии!», а злая ведьма закатила глаза.
— Опять этого уродца горбатого выпустили и катаются на нем! За хвост цепляются и на пузе едут! Или катаются, или по коридорам гоняют! Вот мужика хорошего в лесу отловили… Шесть рук! Он у нас теперь повар… Все успевает! Правда, молчит, но все понимает! – усмехнулась злая мачеха, доставая какое-то шитье, похожее на куклу- вуду в короне.
Она старательно пришивала пуговицу на место глаза, потянув за иголку.
— Вот говорили мне, что однажды буду расплачиваться за свои злодеяния! Как в воду глядели! Ну, чего стоишь? Говори, что тебе нужно! – злая мачеха сделала еще один стежок, перекусывая нитку.
Я подошла к зеркалу и застыла, глядя на свое отражение.
— Чего ты хочешь, говори! Я покажу тебе, смотри! – произнесло зеркало траурным голосом, а в нем появилось бледное лицо.
