"
"— Это же замечательно! — обрадовалась я, но тут же осеклась, а Салливан снова расхохотался.
Мы добрались до купальни, где я показала, как активируются нагревательные артефакты и подводится вода. После чего он отправил меня обратно. Оказалось, что мужчина в доме очень неплохо. Салливан мне даже нравился, несмотря на то, что был высокородным. Чего не скажешь о Вилдбэрне…
Когда я вернулась в дом, тётя находилась на кухне, возилась с плечом дракона. Судя по стоящей перед ним пустой кружке, он успел выпить противоядие.
— Хорошо, очень хорошо, — заключила она, снимая компресс. — Поздравляю, господин Вилдбэрн, вы больше не умираете.
— Отрадно слышать, — хмыкнул он. — Я обязан вам, Роксана. Обещаю позаботиться о вашей племяннице.
И снова прожёг меня ледяным взглядом. Как бы его забота не привела к плачевным результатам. Хорошо, что он редко бывает в столице.
* * *
— Какая же ты красавица, — тётя подошла ко мне со спины.
Её улыбающееся лицо отразилось в зеркале, перед которым я сидела последний час, сливая резерв в отращивание ресниц и бровей.
— Обычная, — наморщила я нос. — Драконы уже вернулись?
— Жених ждёт тебя в спальне. Очаруй его.
— Делать мне нечего, — снова наморщившись, я поднялась со стула и поправила подол белого кружевного платья.
Волосы больше не топорщились в стороны, а стелились аккуратными волнами по плечам. Брови и ресницы отрасли. Покраснения на коже исчезли. Разве что румянец не сходил со щёк. Но и не удивительно, перед первой-то ночью с мужчиной. Пусть ничего и не произойдёт, только кто этого дракона знает, вдруг начнёт приставать.
— Будь мила, Лин-Лин. Он обещал тебе помочь. Дракон сдержит слово. Поддержка не будет лишней. И… он понадобится тебе. Позже.
— Понадобится? Что ты имеешь в виду? — я только сейчас заметила, что нас снова окружает сфера безмолвия.
— Ещё рано. Не хочу тебя пугать. Но поверь мне. Не ссорься с Вилдбэрном.
— Ладно, — нехотя согласилась я, хотя хотелось кинуться с расспросами.
Но я знала, что это бессмысленно. Тётю ничем не пронять.
Мне так и не стало известно, по каким делам она уезжала две недели назад. Она молчит о многом, пока не наступит подходящее время. Вот и правду о себе я узнавала постепенно.
— Иди к нему, — она погладила меня по щеке ладонью.
Камень в её второй руке мигнул, и купол вокруг нас развеялся.
— Быстрее бы эта ночь закончилась, — вновь поправив подол платья, я взяла сумку лекаря и покинула свою спальню.
Чувствовала себя неуютно, ведь редко наряжалась.
