— Чего?
— Да того. Мне здесь скучно. Надоело прислуживать. Постоянно одно и то же. Хочу посмотреть мир. Согласна?
— Как будто у меня есть варианты.
— Вот и хорошо. Сейчас начнутся танцы. Я пока отнесу по мышке с приправой всем вооруженным ребятам.
— Так понимаю, кошачьей мяты не пожалеешь.
— Верно, — она снова улыбнулась и поднялась. Элегантно покачивая бедрами удалилась.
— Шо-ондр… — протянула Сэша, сладко обнимая подругу и потираясь щекой о ее плечо.
— Отцепись! А ну брысь!
Бой тойгеров уже закончился, и жрица поднялась, чтобы наградить победителя.
Он склонил голову и получил венок из кроваво-красных цветов.
— А теперь настало время единения с духами! — провозгласила жрица.
Ритм музыки изменился, наполнился размеренной чувственностью."
"Жрица начала покачивать бедрами в такт ударов тамтамов. К ней присоединились молодые помощницы, а следом и другие члены общины.
Однако прекраснее всех была она — верховная жрица. Плавные движения, грация и сила. Даже самый простой жест наполнялся мастерством.
Оно чувствовалось в повороте головы, в искрометном взгляде, в многообещающей улыбке, в манящем движении пальцев. Эта статная кошка и раньше внушала трепет и восхищение, но в танце уподобилась настоящей богине.
И вот она резко прогнулась в спине, откидываясь на подставленные руки мужчин. Те подняли ее над головой и закружили. Самые сильные и отважные тойгеры — главный охотник племени, одержавший победу над железным домом, его ближайший круг, победитель с красным венком — именно они получили право на эту честь.
Шондра ничего не знала про обычаи тойгеров, но тут сразу поняла, чего дальше будет.
Если коротко, то жрицу очень помпезно унесли в покои, чтобы не менее помпезно оттрахать.
— Кошаки, — буркнула турельщица
Тойгеры увлеклись танцами, легкий дурман от кошачьей мяты расслабил их. Мужчины и женщины кружились вокруг костра, их тела изгибались и переплетались в завораживающем ритме. Тени двигались по камням мостовой, а огонь играл бликами на рыжей полосатой шерсти.
— Они так красиво танцуют, — выдохнула Сэша, подперев щеки кулачками. Ее совсем развезло. — Я тоже хочу…
— Сиди уж, красавица, — ответила Шондра. — Для них это ритуал.
«Как и то, что они приготовили для тебя, — добавила она мысленно, — и, если Миса не врет, для меня».
Танцы быстро становились интимными, пары начали расходиться в тени деревьев. Мягкое мурлыканье сливалось с ритмом барабанов, создавая ощущение единого пульса музыки и страсти.
