Вот когда на свежей могиле поставят временный крест, тогда можно выпускать из загона монстра жадности. Виктор же заявил о своих правах и планах в тот момент, когда кончину брата еще не подтвердил врач. Похоже, алчность братца безгранична и беспощадна!
Телевикин вздернул подбородок.
– Виктор Николаевич! Вы имеете право вести себя так, как пожелаете. Но хочу поставить вас в известность, что у господина Амаретти-старшего нет никакой собственности. У него был микроинсульт, поэтому некоторое время назад Константин Сергеевич, не сказав никому, отправился на операцию.
Откуда я обо всем знаю? Вмешательство проводил мой друг, блестящий хирург. Перед тем как лечь на стол, муж подарил Полине все, что имеет: дом, участок, машины, квартиру, счета в банках, зарубежную недвижимость и бизнес. Он понимал: мало ли что, вдруг он не вернется домой, а родственники ограбят Полину.
– То есть как подарил? – пропищала Нина Леонидовна.
– Официально, – ответил Леонид, – Константин по-прежнему решал все вопросы, руководил бизнесом, писал книги, но юридически всем владеет Полина.
– Похоже, вы не того пугали, – не выдержал я.
– Нам ничего не достанется? – ахнула безутешная мамаша. – Совсем ничего? Ничегошеньки-ничего? Ни копейки?
Леонид сел в кресло.
– Константин Сергеевич по документам нищий. Если хотите вести привычный образ жизни, вам придется просить денег у Полины.
Лицо Нины Леонидовны вытянулось, в глазах Виктора появилась растерянность. Полина встала и вышла из комнаты.
Свекровь подскочила и с возгласом:
– Полиночка, детонька, сейчас велю приготовить тебе успокаивающий чай, – ринулась за невесткой.
Я молча отвернулся к окну. У каждого частного детектива или сотрудника полиции бывают провалы. Порой не удается выяснить, кто же совершил преступление. Это очень неприятно, но намного хуже знать истину и понимать, что ты не можешь ничего доказать. Я совершенно уверен: Телевикин и Константин делают бизнес на крови детей. Но где улики? Рассказ Жени Ушкиной? Подруга покойной Маргариты ничего сама не видела, она пересказала беседу с умирающей Леной.
Даже неопытный студент-юрист с ходу скажет: разговор с несовершеннолетней проводился один на один, не было педагога, протокол не составляли, Женя лицо частное, Лена находилась под воздействием лекарств. Слова Жени – просто болтовня, ее к делу не пришьешь. Да и не возбудят никакого дела. Полагаю, у Телевикина мощные связи, скорей всего, он отдает немалую часть денег тем, кто обеспечивает их «бизнесу» безопасность.
