Их называют «Голубые ангелы». Они работают в комитете ООН, и никто не знает их настоящих имен. Во всяком случае эксперт — аналитик Дронго почти забыл свое. Столицы мира мелькают перед ним, как в калейдоскопе, — их группа идет по горячему следу наркомафии. Гибнут друзья, гибнет любимая — чем горячее след тем горячее дыхание смерти…...
— Дюпре с просветленным лицом слушал диалог Элен и Мигеля.
— Черт с ним. Пожалеем его. Но только один поцелуй, а то смотри, — Элен погрозила пальцем, — муж убьет и меня, и тебя.
— Конечно, один. А то еще действительно убьет.
— Точно. Тем более что все публичные дома Индонезии имеют теперь твои фотографии, — добавил невозмутимо Дюпре.
Все трое рассмеялись. Шарль посмотрел на часы.
— Вы торопитесь? — Мигель заметил этот взгляд."
"— Да нет, пока не очень. Но, понимаешь, хотим заехать навестить детей Дамиано. От Нью-Йорка всего два часа лету, и я взял его ребятишкам игрушки.
— Так чего вы сидите? Я лечу с вами. Когда самолет?
— Через три часа.
— Мы же опаздываем. Мне еще нужно предупредить комиссара и взять разрешение. — Мигель решительно поднялся. Кивком головы подозвал официанта. — Счет.
Дюпре полез в карман. Гонсалес подтолкнул его к выходу.
— Давай, выходите. Все равно фирма платит. Я мигом. Только возьму пару шоколадок. У них здесь особенные, фирменные.
Элен и Шарль вышли из ресторана. Гонсалес расплатился с официантом и попросил принести ему несколько больших плиток шоколада. Когда он уже выходил из ресторана, в зал вошла красивая блондинка в узких, плотно обтягивающих фигуру брюках. Сердце Мигеля дрогнуло. Ему всегда нравились спортивные фигуры и брюки на женщинах. Проводив ее взглядом, он заторопился. Красивая девочка, но надо спешить.
Взрыв потряс здание ресторана. Послышался звон разбитого стекла, крики ужаса.
«Шевроле», на котором приехали Шарль и Элен, был, словно консервная банка, вспорот изнутри. Вокруг уже толпились полицейские. Мигель, не думая о себе, шагнул к автомобилю, оттолкнув полицейского, преграждавшего ему путь. И увидел.
Элен Дейли, сидевшая за рулем, лежала на сиденье. Вернее, лежало то, что от нее осталось. Левая рука была неестественно подвернута под сиденье, часть руля впилась в тело. Бампер изуродован взрывом.
