Прищурившись, он пристально взглянул на меня и сказал:
— Ты сама еще ребенок, а уже детей невзлюбила.
— Не детей. Скорее тех, кто их делает в такой сложный момент.
— Ты сама пообещала им землю, теперь они на тебя надеются, — Кнуд ухмыльнулся. — Вот и давай работай.
Старик насмешливо потрепал меня по голове, спутывая чистые, непослушные волосы, и, тихо хихикая, ушел прочь.
— Ну и работаю! — воскликнула я и показала ему вслед язык. — Прораб, тоже мне…
Возникали все новые и новые проблемы и это еще до начала осуществления самого плана.
Впрочем, у меня уже возникла интересная мысль, как обернуть отсутствие материалов для тетивы в свою пользу. В конце концов, если хочешь объединить большую толпу людей — дай им общий признак, по которому они будут причислять себя к необходимой группе.
Следующим пунктом в списке дел на сегодня был Хендерсон. Надо бы проведать старика и убедиться, что с ним все нормально, поскольку если играть на тагельхарпе я худо-бедно умею, но вот нужных песен я точно не знаю, а значит без его гортанного пения мне не обойтись.
Обычно Хендерсон проводил свободное время на пляже или где-нибудь вдали от основного лагеря, стараясь не пересекаться с людьми, которые не нашли в себе сил заступиться за него. Его можно понять — я бы тоже не смогла простить такое малодушие. Впрочем, не думаю, что он сам заступился бы за кого-то в похожей ситуации — слишком старик был трусливым и слабым, чтобы позволять себе идти против большинства. Достаточно сильным и отбитым был лишь один человек, которого я знаю, но, к сожалению, его с нами больше нет.
Впрочем…
— А Хендерсон одеться пытается, — за спиной у меня раздался звонкий голосок Киры, от внезапности которой я в очередной раз подпрыгнула на месте.
— Кира! — возмущенно воскликнула я. — Я же говорила!..
В ответ на мои слова девочка лишь показала мне язык, насмешливо улыбаясь.
— А ты будь внимательней. А то к тебе подкрасться проще, чем муравья облизнуть.
— С такой пронырой, как ты, я не беспокоюсь за свою спину, Кир, — улыбнулась я.
— Где Хендерсон?
— У Хьялдура! — радостно ответила она, услышав мою похвалу. — Побежали!
И рыжий бесенок со всех ног понесся к палатке друида, сверкая босыми пятками. Мне с моей вечной головной болью бегать не то чтобы хотелось, поэтому я спокойным шагом проследовала за ней к палатке друида.
Кира не стала залезать внутрь, а вместо этого уселась снаружи, видимо, обнаружив что-то интересное в густой траве и разглядывая это.
