— Как дела?
Мы сидели на кухне и пили кофе после нашего маленького секс-марафона.
— Уже хорошо, — с улыбкой ответил он и посмотрел на меня томным взглядом.
Знаю, я тоже не насытился, но нам нужна передышка — нужно поговорить.
— А в остальном… — Егор замялся, по глазам вижу, что не знает, как сказать мне: свадьбе быть. — В общем…
И он сказал мне всё, и про разговор с Кристиной, и про её недовольство насчёт его правил. О том, как она продолжает гулять и быть звездой интернета. После той статьи о их помолвке Харитонов сказал Егору, что они должны жить вместе.
Почаще попадаться журналистам вместе, чтобы не возникли сомнения.
— А как же брачный контракт? — спросил я, делая глоток уже холодного кофе.
Харитонов такой человек, он обязательно всё просчитает до мелочей в свою пользу.
— Подписали.
— Ты внимательно…
— Конечно. Всё в норме, ничего из того, что не устроило бы меня. Никаких детей и правил, именно это и насторожило. Не знаю, что у него в голове, но явно ничего хорошего.
— Я рядом, — накрыл его руку своей.
— Всегда буду. Прости, что…
— Не стоит. Оставим это в прошлом.
И мы оставили.
Я пытался свыкнуться с присутствием чужого человека в нашем доме. Выходить по очереди из квартиры, не ходить больше вместе в рестораны, на прогулку. Единственное, что мы делали на улице вместе — бегали по утрам. Журналисты были везде, они не пропускали ни один выход Егора и Кристины в свет. А они выходили, часто, таков был один из пунктов в брачном договоре.
Только я видел истину, как Егор кривится, когда обнимает Кристину за талию.
Я не ревновал, ни чуточки, потому что знал, как ему самому неприятно играть в этот фарс. Но его глаза горели, когда он собирался по утрам на работу. И это радовало и меня.
Кристина всячески пыталась его совратить, и меня тоже. Ходила по дому в одном только белье, весьма откровенным. Садилась между нами на диване в гостиной, когда мы смотрели кино. Пьяная лезла целоваться, это было отвратительно. Устраивала истерики и нам, и своему отцу, что не может больше по клубам шляться.
Нам обоим нравится женщины, но не эта.
— Между ними разница, как между луной и солнцем, — сказал Егор, когда мы лежали в нашей спальне.
— Ты про Риту? — Я поднял взгляд на него.
— Да, про неё, — тяжело вздохнул. — Ты так же, как и я, скучаешь по ней?
— Конечно скучаю. Она бы прекрасно смотрелась в нашем доме. А не эта кикимора с накаченной задницей.
— Мы обязательно поедем за не после того, как разберусь с Харитоновыми.
— Да, она очень нежная и ранимая.
