Мы с миссис Макстон стояли в сумраке, в пяти шагах от ярко освещенного стола, на котором лежал недвижимо ребенок, а во главе стола стоял доктор Эньо, все так же не открывая глаз, что указывало лишь на одно – дело плохо. Это понимали, кажется, все, а потому на наше с миссис Макстон перешептывание никто не обратил внимания.
– В деликатном, мисс Ваерти, – едва слышно выдохнула моя домоправительница, – в весьма деликатном.
И тут Анн принесла ведро. С помощью миссис Макстон, мы мочили полотенца в теплой воде, и последовательно укрывали ребенка.
Это была завершающая часть моих полномочий, и, к моему огромному счастью, доктор Эньо закончил одновременно с нами – мальчик закашлялся, содрогнулся, его вырвало, следом послышался плач, начался новый приступ рвоты, но…
– Отлично! – Несмотря на ужас семейства Верг, потрясенно взирающего на извергающего зеленую желчь ребенка, доктор Эньо был преисполнен радости и удовлетворения от проделанной работы. – Просто отлично! А, миссис Макстон, не приготовите ли вы мне чашечку чудесного чая?
И он, закатывая рукава и озаряя нас всех счастливой улыбкой, покинул швейную.
– А… – начала было Анн.
Тиалей выбежала вслед за доктором, и ее стошнило где-то в доме, а я осталась стоять под потрясенно-вопросительными взглядами оставшихся представителей семейства Верг, которые, перестав смотреть на ребенка, воззрились на меня.
– Мм-м… – доктор Эньо явно объяснил бы лучше, я же мучительно пыталась подобрать слова, – это естественный процесс. Мальчик в полном порядке, рвота является нормальной функцией пытающегося избавиться от излишков желчи организма.
Ребенку уже можно дать чай или воду. Через полчаса, не ранее, бульон, желательно овощной. Продержите его на щадящем питании около суток, этого будет достаточно. И…
Миссис Макстон, поняв мои затруднения, закончила авторитетным:
– Миссис Верг, займитесь ребенком, я сделаю чай. Мисс Ваерти, вы со мной.
И, взяв меня под локоток, домоправительница уверенно вывела меня из швейной, чтобы перепоручить уже ожидающим нас мистеру Илнеру и мистеру Эйвенеру.
– Мисс Ваерти, рад видеть вас в добром здравии! – радостно поприветствовал меня адвокат.
Увы, едва ли я была в состоянии также радостно приветствовать его, а потому лишь почтительно склонила голову, отдавая дань этикету, и это подвело меня – в глазах зарябило, я с трудом удержалась на ногах.
– Там, у окна, есть диван, – подсказал, как выяснилось, все еще присутствующий в магазине лорд Гордан. – Вы позволите? Я в перчатках.
