Другая часть меня была выпотрошена и разорвана — дать ему шанс и рискнуть полностью разрушить мое сердце, или попытаться двигаться дальше без него?
— Я в порядке, папа. Где Селиан?
— Он сказал, что ему нужно забрать из офиса…
«Конечно».
Я выскочила за дверь прежде, чем успела услышать, что именно.
Картонные коробки так и остались нетронутыми и пустыми в углу моего кабинета. Все, что мне действительно нужно было взять, это мой ноутбук.
Я редко привязывался к людям, не говоря уже о вещах."
"У меня не было фотографий моей семьи и никаких дурацких смешных кружек на моем столе.
Каждая награда, которую я получил, была выброшена в мусорную корзину в ту ночь, когда была мне вручена — я делал новости не для того, чтобы получить похлопывание по спине; я занимался этим, потому что хотел изменить жизнь, мнения и мир и доказать, что заслуживаю всего, что мне было дано. Единственное, к чему я привязался на этом этаже, ко взглядам, желающим, чтобы меня кастрировал мясник, так что не было никакой необходимости затягивать мой отъезд.
Я настоял на том, чтобы не устраивать прощальную вечеринку, объяснив, что в моем уходе нет ничего радостного. После недопонимания с руководством я не собирался переходить к чему-то большему и лучшему. Я сбегал с тонущего корабля, оставляя своих сотрудников тонуть.
Так что вечеринка была все равно, что планировать собственные похороны.
Закрыв ноутбук, запихнул его в мусорное ведро, решив, что не хочу ничего брать с собой из этого места.
На хрен.
CSP, конкурирующий канал, открывал новый новостной отдел в Лос-Анджелесе, и мне показалось хорошей идеей проложить несколько тысяч миль между мной и Матиасом. Но я бросил работу не из-за этого.
Я не хотел видеть лицо Джудит каждый день, зная, что заставлю ее хмуриться.
Я уступал ей дорогу, потому что никогда не уволил бы ее, и потому что на самом деле Джуд заслужила свое место в отделе новостей, возможно, даже больше, чем я.
Не было никакого нервного срыва с её стороны, чтобы воздать должное моему разбитому сердцу.
Лишь тишина, что почему-то в тысячу раз хуже, чем я когда-либо испытывал. Каждый день, уходя из офиса, она что-то забирала с собой.
Еще один кусочек моего гребаного сердца.
Еще одну песню из ее плейлиста, которую я никогда не смогу слушать, не думая о ней.
Мой телефон был выключен весь день — я не хотел, чтобы меня отвлекали, — и, наконец, снова включил его и сунул в карман.
