- Когда? Когда он пришел к вам?! - откат начинается сразу и продолжается сутки, если...
если сутки уже прошли...
- Вчера, между вторым и четвертым колоколом, точнее не знаю, - мотнул головой Бутч. - Не присутствовал.
За дверь мы вылетели одновременно. Я - потому что не собиралась дать горцу сдохнуть,
только не так просто, а Бутч... переживал за задачи дознавателей?
Я уже взлетела в седло и дернула поводья, когда вспорхнувшие с соседней крыши птицы
закружились в воздухе кругами - мерный гул наполнил морозный воздух - прозвучал
третий колокол Храма Великого.
- Не туда, - Бутч развернул моего коня в сторону, обратную общежитиям Академии. -
Гостиница...
***
По лестнице я бежала, перепрыгивая через две ступеньки, задрав юбки ханьфу и сверкая
сапогами - только бы успеть, Великий, только бы успеть. Номер на втором этаже был
третьим по счету - последним на ярусе, в самой глубине коридора.
Какого демона Сакрорума понесло в гостиницу?
Номер был простым - тахта, низкий столик, пара кресел.
Было темно - окна задернуты, и
Бутч щелкнул кольцами - в воздухе заплясали несколько магических светляков. На кровати,
весь мокрый от пота, запутавшись в одеялах, лежал Нике.
Нике - дышал. Я вознесла краткую и горячую молитву Великому. Дышал!
Тихо, с рваными присвистами и перебоями, вдыхал через неравные промежутки, но -
дышал. Бутч длинно выдохнул сбоку - но мы радовались рано.
Нике как будто специально ждал кого-то, чтобы уйти.
Он застонал протяжно, дернулся несколько раз на кровати, дрогнули в последний раз
ресницы и Нике.
.. резко затих. Расслабились напряженно сжатые губы, черты лица поплыли
и разгладились, рука бессильно свисла с кровати.
Сволочь!!!
Я со всей силы впечатала кулак ему в грудь, родовой печаткой вниз. Сволочь. Какая же ты
сволочь, Сакрорум! Трусливая сволочь.
Сдохнуть всегда самый простой путь. Останешься чистеньким и жертвенным агнцем,
которого беспощадно перемололо колесо судьбы.
- Сволочь... сволочь.
.. сволочь..., - я колотила его по груди, вспышка следовала за вспышкой
- сила ярилась, но я была не уверена, что этого хватит. - Ничего не должен... ничего... ничего"
"не должен, - ещё удар, и печатка вспыхивает снова, тело Нике вздрагивает на кровати,
подпрыгивая, но он так и не приходил в себя - забирать долги было уже поздно, - живи,
сволочь... живи я тебе сказала..., - я продолжала посылать импульсы силы, но Нике... уже
успел уйти слишком далеко.
