Леся хотела ему сказать, что все-все она ему рассказать при всем своем желании не сможет. Денег не хватит, чтобы она могла ему заплатить за его внимание к ее скромной персоне. А доктор Пешков уже снова изменил тактику."
"— Вы сами виноваты в том, что одиноки! И до тех пор, пока вы хотите быть одинокой и несчастной, вы ею и будете.
— Но я…
И в этот момент в кармане доктора завибрировала сотовая трубка. Доктор изменился в лице и полез в нагрудный карман.
— Да! — отрывисто бросил он в трубку. — Я же просил тебя не звонить мне по этому телефону! Из-за твоей глупости я буду вынужден принять крайние меры!
В трубке что-то говорили.
И Лесе показалось, что голос был женский.
— Я тебе сказал, мы все обсудим поздней. Нет, на это я не пойду! А теперь мне нужно работать. До связи!
Но не успел доктор убрать телефонную трубку, как она зазвонила снова. На этот раз звучал бесспорно мужской голос. И разговор был еще менее приятным, чем предыдущий. Из красного и рассерженного он стал бледным и жалким. Впрочем, и разговор был одним сплошным монологом.
Доктор лишь время от времени издавал отрывочные бессвязные восклицания:
— Нет! Вы этого не сделаете! Вы не посмеете сюда заявиться! Да кто вы такой, чтобы мне угрожать? И, черт подери, у меня найдется на вас управа! Я вам уже все сказал! Да, нужно сделать именно так! И никак иначе.
Пока он разговаривал, Леся прикидывала про себя, сколько денег украли у нее звонившие доктору типы или один тип. Но все равно выходило, что приличную сумму. Можно было бы в кафе вместе с Кирой поужинать.
Глядишь, и время бы с пользой провели. Во всяком случае, приятней, чем сейчас. Леся уже начала сползать со стула, чтобы потихоньку слинять и попытаться вытребовать у секретарши хотя бы пятьдесят процентов оплаты, но доктор уже закончил разговор и вцепился в Лесю:
— Вы должны мне помочь!
— Я?!
— Сейчас я не могу уйти из офиса, а мне необходимо встретиться с одним человеком!
— Он придет сюда?
— Нет, сюда придет другой, верней… неважно. Но я должен передать тому, первому человеку, который сюда не придет, кое-какие бумаги.
А вы возьмете у него для меня одну вещь!
— Какую еще вещь?
— Неважно! — огрызнулся доктор. — Вас это не касается. Достаточно того, что тот человек сам знает, что он должен вам отдать! Не бойтесь, она не тяжелая. Не надорветесь!
— И что? При чем тут я? Пошлите свою секретаршу.
— Не могу, — замотал головой доктор. — Ее этот человек знает. И не захочет с ней разговаривать. Долго объяснять, но это так, поверьте мне.
