Его шатало, словно он оказался на палубе океанского лайнера в дикий шторм, тошнота подступала все ближе.
Ватник уже давно скрылся в подъезде: промелькнул в окнах между первым-вторым этажом, потом третьим-четвертым и пропал. А Вадим все не мог сойти с места.
Потом, словно кто-то толкнул его, он побежал. Набирая и набирая скорость, пока не влетел в ворота своей школы.
Только тогда решился выключить диктофон и позвонить Алле.
Голос раздался в трубке моментально, словно она сидела и ждала его звонка.
– Алена, – Вадим едва шевелил языком, – дай телефон своего следователя.
– Сейчас пришлю. – Она по голосу поняла: что-то произошло, но не задала ни единого вопроса.
– Потом все объясню, – пробормотал Вадим, отключаясь.
Через несколько секунд он уже говорил с Иннокентием Семеновичем, задыхаясь от нервного напряжения и быстрой ходьбы.
Круглов был не обязан ему помогать, он в принципе мог не отвечать на ночные звонки, но так уж, в отличие от своего сына, этот человек был устроен: не умел оставаться в стороне.
Следователь выслушал Вадима – это имя, не будь оно связано с Аллой Немовой, ни о чем ему не говорило. И тут же назвал свой домашний адрес.
Глава 10
Любовь столь всесильна, что перерождает и нас самих.
Федор ДостоевскийВадим не перезвонил. Ни той ночью, ни через несколько дней. Алла сходила с ума от беспокойства, но решила, что больше никогда, ни при каких обстоятельствах не станет искать встреч или разговоров с ним. На это у нее уже не осталось сил.
Если Вадим еще раз появится в ее жизни только для того, чтобы снова исчезнуть, она сойдет с ума!
К счастью, было на кого переключиться. Был Алешенька, о каждом дне которого она узнавала от Максимки и от Лены. Он теперь тоже мог с ней поговорить – Алла купила и передала ему с подругой детский телефон, на котором было всего несколько кнопок. Но ребенок, хоть и отвечал на ее звонки, все больше молча сопел в трубку. Она слышала только односложное «да», «хорошо» и неизменный вопрос, от которого у Аллы начинало щипать глаза: «Когда ты придешь?»
Был еще адвокатский экзамен – она готовилась к нему с таким упорством, словно от результата зависела чья-то жизнь.
Да так оно, по сути, и было: в случае успеха ей предстояло выступить в суде. На самый конец зимы было назначено слушание по делу Максимки, а потом и Степана.
Экзамен она вчера сдала – вытащила билет, без запинки ответила на вопросы.
