Я чуть не рыдала от обиды.
Ко мне подошел довольный Фабиан и протянул бумажку:
– Учи. У нас следующая игра через день. Времени у тебя немного, текст сложный.
Он довольно хохотнул и удалился. Я развернула листок. Сложный текст состоял из двух речевок: «Мальчики любимые, вы непобедимые» и «Наш «Ювентус» лучше всех, Воздух ждет во всем успех». Рональдс похлопал меня по плечу:
– Лисандра, не расстраивайся. Мы их еще сделаем, будь уверена.
Я лишь грустно кивнула. Может, и сделаем, да только меня это не избавит от необходимости прыгать послезавтра в группе поддержки Фабиана, размахивать помпонами и кричать эти глупые слова.
Можно было, конечно, отказаться, упирая на их сговор с нашим игроком, но ведь это будет сложно доказать, да и воспримут это как неловкую отмазку. Нет уж, Берлисенсисы держат свое слово. Я гордо подняла голову, оглядела понурую команду и сказала:
– Сделаем. И их, и водников. Да мы их и сегодня почти сделали. В следующий раз победа будет наша.
– Вот это мне нравится, – заявил Рональдс.
– Только про учебу не забывай. А то окажется, что мы зря тебя взяли.
И после этого он предложил команде взять шефство над моей учебой. Чтобы со мной каждый занимался по одному дню. Для старшекурсников это будет не очень обременительно. Но не это было самое страшное. Самым страшным для меня оказалось то, что Рональдс заявил, что я умная и очень быстро все схватываю. А ведь я просила его про это никому не рассказывать. Как друга просила. Нет, правильно говорит моя бабушка, если не хочешь, чтобы все узнали твой секрет, никому его не доверяй.
Я попыталась смягчить его слова, настолько глупо хлопая глазами, насколько это у меня получалось, но Кристиан внес уже сомнения в мужские сердца. Так что они быстро распределили дни, кто в какие со мной занимается. И начали прямо в этот же, даже не дав мне как следует пострадать из-за проигрыша.
Все время до моего триумфального выступления в группе поддержки «Ювентуса» я провела либо на занятиях, либо в читальном зале с очередным наставником из команды, который пытался заполнить мою голову вещами, совершенно не подходящими для девушки из семьи Берлисенсис.
И протестовать было бессмысленно – Рональдс решил, что я останусь в команде, а для этого мне непременно нужно было сдать сессию. С другой стороны, за эти два дня у меня почти не осталось непонятных мне вещей. Да и, честно говоря, узнавать новое было довольно интересно.
