Не уверен, что хочу пить. У меня и так голова раскалывается. И состояние такое, мы точно куда-нибудь встрянем.
– Отлично. А что там с запиской? – спрашивает Дима. – Есть что годное?
Твою ж мать!
– Перезвоню, – бросаю другу и скидываю звонок.
Меня так вышибла новость о её замужестве, что я забыл про записку. Ищу по карманам, надеясь, что не потерял по дороге.
Нет. Да ну на хер?
Заглядываю в салон Ягуара. Лежит под сиденьем.
Олень!
Достаю, разворачиваю листок. Почерк красивый, хоть и писала торопливо. Строчки пляшут, некоторые слова зачёркнуты плотным слоем синих чернил.
Собираю всю свою концентрацию и пытаюсь воспринимать текст:
«Миша, найди себе другую девушку. Не ходи за мной. Нам нельзя. У нас с тобой ничего не получится. Я теперь замужем и должна подчиняться мужу. Дамиль – сын одного из влиятельных друзей моего отца. Он не тот, с кем тебе стоит воевать. Я прошу тебя, если ты и правда что-то чувствуешь ко мне, отпусти. Может пролиться кровь.»
Мой воспалённый мозг всё переворачивает. А ещё между строк я читаю страх.
Он тянется красной нитью от буквы к букве.
Маленькая моя, тебе на меня не по хрен. И вот после этого ты хочешь, чтобы я отступил?
Несколько раз перечитываю короткий текст. Заучиваю наизусть.
Дамиль, значит. Детка, если бы ты ещё фамилию написала. Всё равно найду. Своего врага надо знать как можно лучше. Но сначала лучше остыть.
Убираю записку в карман и сажусь за руль. Еду к Беркуту. Во дворе у них Ванькина тачка стоит. Меня охрана тоже пропускает без вопросов. Бросаю свой Ягуар и уверенно иду в дом.
Сразу поднимаюсь в комнату друга.
– Так что было в записке? – сходу спрашивает Беркут, валяющийся со стаканом бухла на своей кровати.
– Вызов, – хмыкаю я. – Наливай, – киваю на бутылку и сажусь в кресло-мешок у окна.
Глава 10
Миша
Я пьяный. Сильно. Комната Беркута качается. Ванька спотыкается о пустую бутылку. Матерясь, летит к подоконнику. Успевает выставить вперёд руки, дабы не разбить рожу.
Ржём, заглушая крики из коридора. Димкины родители опять скандалят, а нам лень было ходить в магазин.
Мы под их ругань прилично опустошили личный бар его отца. Надо будет компенсировать, но не сегодня."
"Мои вертолёты таскают меня по фантомным ощущениям. Бухло должно было помочь и пригасить это дело. А вместо этого мысли стали вязкими, обволакивающими, но всё равно о ней и о нашей дерьмовой ситуации.
– Миша, улыбнись и помаши лапкой моим подписчицам, – пьяно покачиваясь, Ванька направляет на меня камеру.
Усмехаюсь, машу.
