– Надо что тебе? Как вообще устроилась? Тимур просил заехать проведать тебя. Все нормально?
– Да, спасибо. Все нормально. Что с Тимуром?
Это единственное, что меня сейчас интересует.
– Плохо, – говорит Давид. – Надеюсь, что он выдержит. А мы справимся.
– Это из-за казино?
– Не только.
У меня все замирает внутри.
– Что? Что там еще? Аркадий пожаловался на избиение?
– Пока нет. Но, наверное, стоит ждать и этого. На Тимура хотят повесить и изнасилование.
Я громко вскрикиваю и закрываю рот ладонью.
– Экспертиза показала, что… ну, в общем, что он один из подозреваемых.
Зажмуриваюсь лишь на мгновение. Мне просто нужны силы, чтобы произнести это. В самом решении я уже не сомневаюсь.
– Это не Тимур, – говорю холодным голосом.
– Я знаю. Он не мог бы.
– Это… – и замолкаю.
– Лика? Ты вспомнила, кто это? Лика?! – Давид хватает меня за плечи и чуть трясет.
– Это Аркадий, – произношу я и опускаю голову.
– Подожди. Аркадий? Твой жених, что ли?
Киваю.
– Ты… ты уверена? Но почему ты молчала?! – брови Давида сходятся на переносице.
И я, наконец, освобождаю себя. Рассказываю все Давиду. Абсолютно все. Отворачиваясь на определенных моментах, когда особенно тяжело говорить. Но не оставляю ничего недосказанного. Пора узнать правду.
Давид слушает молча, наклонив голову и смотря в пол.
– Сука, – шипит, когда я замолкаю. – Сука. Адрес Аркашки? – поднимает взгляд на меня.
– Давид, прошу, – говорю сквозь слезы. Я и не заметила как заплакала.
– Только не навреди Тимуру. Пожалуйста. Аркадий… он…
– Он сука! И будет сидеть в тюрьме, если выживет после нашего разговора.
– Давид! Тимур не простит меня, если из-за меня ты пострадаешь! Умоляю!
– Тебе надо думать, как вымаливать прощения у Тимура, – вдруг произносит он, не глядя на меня. – Ты своим молчанием подставила его. Ты не доверилась ему. Ты. Его девушка. Та, которую он так любит. И ради которой на такое пошел.
Я закрываю глаза и лишь слезы катятся по щекам.
Он ведь прав.
Он прав!
В этом всем моя вина!
– Так, ладно, – говорит Давид. – С этим потом сами разберетесь. Я поехал. И да, Лика, – ждет, пока я посмотрю на него. – Отсюда никуда не уходи. Поняла? Так будет надежнее и безопаснее. Тимур прав. Сиди тут. Ключи есть только у меня. Если надо что, звони мне. Вот телефон, – кладет на стол карточку. – Все. Я поехал."
"Я падаю на стул и не могу остановить слезы.
Давид просто сказал то, что и так очевидно.
