- Ты перебрал. Проспись. Завтра утром поговорим.
- А если я не хочу разговаривать? - пытается схватить меня за руку, но я отпрыгиваю назад. Ударившись локтем об шкаф. - Быть может мне трахнуть тебя охота, чтобы ты забыла о своем Феликсе. Мне до смерти надоело лежать в одной постели с бревном. Наверняка, другая тактика нам поможет в семейной жизни. Что ты на это скажешь, милая?
Нет. Он не может говорить столь серьезно. Нет-нет.
Клим же не такой. Муж не причинит мне вреда. Не посмеет… Да только исходя из его слов, горящих глаз и коварной улыбки он сделает жуткие вещи, не почувствовав никакого раскаяния.
- Ха-ха, - запрокидывает голову от дикого смеха. - Видела бы ты сейчас свое лицо, Инна. Как будто невинная овечка, которую сейчас в жертву принесут, - вжимаюсь в шкаф, когда он наклоняется ко мне пониже. - Больно ты мне нужна, женушка. Фригидная дура, которая годна лишь для минета.
Разворачивается, едва на ногах держась. Откашливается. Машет мне рукой на прощание и вываливается из комнаты. Слышится грохот, звон стакана, потом какая-то еле различимая брань.
Сползаю по шкафу на пол. Прижимаю к себе ноги, давая волю горючим слезам. Больно. Где-то внутри. В районе истерзанного сердца. Там, где всегда жила любовь к мужу. А сейчас… сейчас там пустота.
Раскачиваюсь из стороны в сторону. Как китайский болванчик. Смотрю в одну точку. В ушах все еще стоят обвинения Клима. В несуществующих изменах. Плохом поведении. Моей якобы фригидности.
Во всех смертных грехах я виновата. Так Клим считает. Я ему как кость в горле.
И если бы не брак…
- Нет, - шепчу в тишине.
Я не должна думать о самом худшем, иначе оно обязательно случится. Мне нужно все исправить. Прямо завтра. Наш второй медовый месяц не станет полным крахом. Мы сохраним семью. Навсегда.
С трудом с пола поднимаюсь. Тошнит. Качает из стороны в сторону. Боже. Совсем забыла, о чем хотела сообщить мужу. Так хотела его порадовать.
Из-за всех этих проблем голова была не тем забита.
Нежно глажу живот, представляя, как муж обрадуется, когда я скажу ему о том, что ношу нашего ребенка внутри.
Он будет очень счастлив.
Но это все будет завтра. А пока мне нужно отдохнуть. Просто необходимо."
"В душе провожу минимум десять минут, стараясь смыть с себя весь этот день. Надеваю шелковую сорочку. Выпиваю таблетку от головной боли, отдающую каким-то непонятным вкусом. И только голова касается подушки, я проваливаюсь в блаженный сон, обернувшийся каким-то кошмаром.
Кругом темнота. Злые, режущие слух голоса.
