Голова то опускается вниз, то от резкого движения дергается вверх. Хочу пройти к кровати, но словно приклеилась к креслу. Словно срослась с ним.
- Мерзкая убийца, - над самым ухом. Не пойму, чей это голос - мужчины или женщины. - Ты заплатишь. Сполна заплатишь. Это я тебе обещаю. Будешь мучиться в агонии годами. Да так сильно, что смерть тебе покажется спасением.
- Инна, милая…
- Аааааа! - громко кричу, резко поднимаясь с постели.
Дышу ртом, пытаясь остановить бешеное сердце. Провожу рукой по мокрому лбу. Вся потная.
Сорочка прилипает к телу. Волосы растрепаны. В голове полная каша. Как завороженная смотрю на забинтованную ладонь.
Не понимаю, что со мной было. Не помню ничего. Даже обрывки в голове не всплывают. Сплошная пустота.
Что вчера было? О чем мы говорили с Павлом Андреевичем?
Понятия не имею. Обсуждали вроде как расследование. О каких-то камерах говорили. О… блин. Не могу. Напрягаю мозг, но ничего не получается. Как будто кто-то разом стер всю память. Что со мной происходит?
- Инна Ивановна! - в дверь стучатся.
Нервно оглядываюсь по сторонам, как будто меня сейчас застанут на месте преступления. - К вам ваш адвокат. Говорит, дело срочное. Вы должны…
- Да уйди ты с дороги! - кричит мужской голос, после чего его обладатель бесцеремонно вваливается внутрь. - Инна…
- А вас не учили правилам приличия? - натягиваю одеяло практически до горла. - Вы не к себе домой приперлись. Здесь…
- Вашу сделку с полицией приняли. Теперь мы можем более тщательно построить вашу защиту. Отделаемся малым сроком.
Это конечно все хорошо, но вот я, хоть убей, не помню, как связалась с полицией и приняла их предложение…
Несколько дней спустя
- Завтра состоится суд над Голубевой Инной Ивановной, главной подозреваемой в убийстве своего мужа Голубева Клима Эдуардовича. Дерзкое преступление произошло в одном из дорогих отелей Канн, где, как сообщили французские СМИ, они постоянно ссорились и…
Экран у телевизора резко гаснет. Как и моя надежда, что все это просто страшный сон. Клим не мертв, он лишь на работе задерживается.
И вот сейчас зайдет в дверь. С порога начнет брюзжать, что в офисе полный бардак, и что нам стоит опять дать интервью местному телеканалу.
Да только никто никогда не войдет через парадную дверь, как бы я ее ни гипнотизировала. Как бы я не молилась высшим силам. Все напрасно."
"Уже завтра лишится моя судьба. Наверняка судья учтет мою сделку и не станет долго разбираться. Даст мне минимальный срок, как и говорил Павел Андреевич.
