Она быстро садиться за руль и скрывается с места, а меня просто разрывает от всего! И вот вроде я был рядом, и чувствовал ее, и даже целовал, и как одержимый сейчас облизываю свои губы, слизывая с них ее вкус, но боль с которой она смотрела на меня просто рвет меня!
— А-а-а-а-а-а!!! — только и могу закричать во весь голос, чтобы хоть так выпустить эмоции, от которых болит уже в груди, опять!
Эх, Колючка. Я же теперь не отступлю. Я не смогу без тебя! Без Вас!
Разворачиваюсь к машине, сажусь и еду к ней домой. И даже если я тут ни разу не был, это не означает, что не знаю куда ехать!
Глава 55
Я почти догнал ее машину, но уже старался не опережать ее.
Когда поравнялся с воротами их дома, увидел как Мира подхватила на руки нашего сына и замер. Я даже вдохнуть не мог полной грудью. Смотрел как завороженный на МОЮ СЕМЬЮ и не мог насмотреться. Я впервые видел их вживую, пускай и не рядом, но вживую.
Мира почувствовала мой взгляд, повернулась в сторону ворот. Я видел, что она напряглась, потому как она крепче прижала сына к себе, но ничего больше не смог разглядеть.
Моя Колючка отвернулась и быстрым шагом пошла в дом. А я боролся с желанием сорваться за ней, схватить, закинуть в машину их двоих и больше не отпускать от себя.
Я себя чувствовал сейчас просто подростком с разбушевавшимися гормонами, которые выходят не контролированным возбуждением, ярость, желание и еще кучей всего.
Я наверное так бы и сидел, если бы мне в окно не постучали. Я даже дернулся, но заметив за стеклом ухмыляющееся лицо Геннадия Викторовича, выдохнул.
— Здравствуйте. — выйдя с машины я протянул руку для пожатия, не надеясь даже на ответную реакцию, но она последовала.
— Ну привет Максим. — отец Миры пожал мне руку в ответ, и даже не перестал улыбаться. Только улыбка его была какой-то то ли хитрой, то ли грустной. — Не догнал? — спросил, указывая головой в сторону своего двора, где еще недавно стояла Мира с Яриком.
— Догнал. — выдохнул, и понял, что мой ураган, который начал разрывать меня сходит на нет, а на место его приходит понимание, что все очень тяжело сейчас.
И это понимание просто спустило с небес на землю. Я прижался спиной к машине и откинул голову назад, стукнувшись пару раз ею. Понимание, что я несдержанный псих, оглушило. Рядом в такой же позе стал Геннадий Викторович, только взгляд его был каким-то понимающим что-ли. Мы с ним молчали, но это молчание было таким правильным и важным сейчас, что меня опять оглушало.
— Я тебя ждал еще вчера, если честно.
