Автор
Я вышла из такси и поспешила к коттеджу, где устраивался праздничный банкет. Пропустила возможность купить простой винишок, вместо этого купила дорогой коньяк для друга мужа - известного Монолита Вадима Власова, который всегда превосходил ожидания.
– Ты же меня любишь? – спросил он, подавшись вперед и взяв мою ладонь в свою.
Теплую, чуть влажную, только чужую.
Я не чувствовала ничего, кроме неприязни. Ведь этими пальцами он касался любовницы, ласкал ее… Я старательно отгоняла мерзкие мысли, что расползались по телу мурашками.
Он целовал меня и ее.
Спал со мной и с ней.
Говорил приятные вещи мне и ей.
– Ты признавался Соне в любви? – спросила я.
– Нет. Никогда, – ответил он поспешно. Никита понял вопрос по-своему. – Я тебя любил и люблю. А Соня была ошибкой.
– Нет, Никит, – ответила я, вытягивая пальцы и чувствуя, как хватка мужчины усиливается, не позволяя освободиться.
– Наташ, – голос Никиты изменился, – это неправильное решение. Неужели ты готова все сломать из-за минутной слабости? У нас с ней и не было ничего, кроме орала.
– Ты что говоришь? – спросила я севшим голосом. – По-твоему, это не измена? Я тоже могу так делать, да? Ой! – пискнула я сдавленно. – Никит, больно! – шипела, глядя, как мужские пальцы сжимали мою ладонь. Сильнее и сильнее. До побелевших костяшек и слез на моих глазах. – Мне больно! – выкрикнула я, упираясь левой рукой в край стола и пытаясь встать. Никита не отпускал. Смотрел мне в глаза и сдавливал руку с садистским удовольствием.
– Нет, – вытолкнул он сквозь зубы. – Нельзя. Ты моя жена, – “моя” он выделил интонацией. – Моя жена, а не шалава! И если я узнаю, что ты с кем-то…
– А что тут происходит? – мама не дала договорить, войдя на кухню. Никита медленно отпустил мою руку, растер пальцы, нацепив при этом на лицо лживую улыбку. – Вы ссоритесь? – ее голос срывался. Движения были нервными. Мама прошла к плите, открыла шкафчик, взяла с полки медную турку. – Зря вы так.
