Изумрудные и золотисто-огненные лучи рассвета падали на поляну вокруг Юры Коломиеца, по секретной кличке Художник. Он проводил последнюю с ним тихую птицу восхищенными глазами, прежде чем она скрылась за верхушками дальней рощи. Прерывисто дыша, Юра толкнул Селиверстова локтем, и тот мгновенно очнулся от глубокой сна, испуганно заворачивая голову. Юра подавил желание спросить про запись, опасаясь потери момента....
Похоже, «Ядовитое жало» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Они были ему словно родные, эти такие разные по характеру люди: мужественный добряк Бородач ― бессменный командир отряда со дня его возникновения; педантичный, словно бухгалтер доброй выучки, начальник штаба Высоцкий, поражавший своим трудолюбием, тщательностью разработки и подготовки каждой операции; бывший педагог и директор детдома Колесник, уравновешенный и отзывчивый человек, комиссар, душа отряда. Они были дружны, но споры между ними возникали нередко, и в полемическом пылу то тот, то другой впадал в крайности, но эти‑то крайности и помогали находить золотую середину.
— А начразведки молчит, как мудрый Соломон, — сказал вдруг Бородач. — Нет новостей? Взял бы да и обрадовал…
«Почуял. Ну и интуиция!» ― удивился Серовол и невольно покосился на закрытые ставнями окна.
— Ого! — понял этот взгляд комиссар. — В портфеле нашего министра внутренних дел, кажется, имеется на этот раз что‑то серьезное.
Три пары глаз уставились на начальника разведки.
— Не тяни, —тихо сказал Бородач. — Выкладывай. — Он наклонил тяжелую голову.
Серовол приблизился к столу. Негромко, четко выговаривая каждое слово, он произнес:
— Не позже чем вечером вчерашнего дня гауптштурмфюреру Гильдебрандту стало известно о нашем мнимом решении напасть на Будовляны. Он готовит там ловушку для нас.
Сообщение начальника разведки произвело на командиров сильнейшее впечатление, но каждый из них прореагировал на него по–своему. «Что?» ― вскрикнул Бородач, поднимая голову и недоверчиво глядя на капитана. Комиссар сложил губы трубочкой и свистнул.
— Это что, твои предположения или… — сурово и очень тихо произнес командир.
Серовол положил перед ним записку.
— Донесение Верного. Записка пошла по рукам.
Командиры рассматривали ее сосредоточенно, в полном молчании.
— Бу–до–влян–с, — по складам, точно прислушиваясь к своему голосу, прочел командир отряда и обратился к начальнику штаба, комиссару: — Вы что‑нибудь поняли, товарищи?
— Секрет изобретателя… — пожал плечами комиссар.
— Это наше дело. Когда‑нибудь Серовол сам запутается в своей абракадабре и нас запутает.
— Минуточку! — потянулся за запиской начштаба. — Сейчас я разгадаю этот ребус. Так… Речь идет о Будовлянах.
— Это понятно, — согласился Бородач.
— Большая буква «В» в середине слова — Верный. Последняя буква подозрительна… Возможно, дата.
