– Я бы поспорил насчет того, что жертвовать одним из полков – это хороший план…
– Это не вам решать! План утвержден генералом Куропаткиным, и вам придется выполнить приказ.
– Собственно, я насчет этого и пришел, – я широко улыбнулся, а потом с такой же широкой улыбкой перешел от нормального разговора к шантажу."
"И почему-то это оказалось совсем не так сложно, как могло показаться – надо было просто решиться, а потом я на пальцах объяснил бывшему полковнику варианты. Первый – он меня посылает, я отказываюсь вести свой полк на убой, он разбирается, как не оправдал доверие начальства.
– А второй вариант? – Одишелидзе напряженно засопел, но оказался выше таких мелких обид.
– Второй – вы дадите мне дополнительные силы, чтобы я смог выполнить ваш приказ. Мне нужны пушки и люди!
– Кавалерию не дам, – сразу припечатал Одишелидзе. – Сейчас все конные части используются для патрулирования железной дороги, чтобы не дать японцам ничего с ней сделать.
– То есть у нас есть кавалерия, которой нет у японцев, но мы ее не используем, а держим в тылу просто на всякий случай?
– Не вам после поспешных решений вчера вечером спорить со стратегией генерала. Но просто представьте, что было бы, если бы японцы смогли перерезать линию снабжения!
– Запасы еды и снарядов у нас на несколько дней – восстановили бы, – я пожал плечами. – А вы представьте, что сделали бы корпуса Самсонова и Ренненкампфа, если бы мы пробили им дорогу в тыл японцам!
Забавно, что именно эти двое, что начнут русскую кампанию в Первой мировой, здесь тоже работают вместе.
И тоже не очень удачно.
– Оставьте свои фантазии, – Одишелидзе покраснел. – Кавалерию вам в любом случае если и просить, то не у меня.
– Тогда пушки!
– Новые скорострельные не дам. Без них во второй линии все теряет смысл, – снова заупрямился Одишелидзе, а я неожиданно понял, что он ведь пытается воплотить в жизнь точно то же самое, что у него так и не получилось при Ялу.
– А ведь вы тогда оставили нас и 6-ю дивизию против японцев не случайно, – я посмотрел прямо в глаза бывшему полковнику. – Тоже хотели их выманить и расстрелять, только не рассчитали с грязью и силой японских гаубиц!
– А разве вы, Вячеслав Григорьевич, в итоге сделали не то же самое? – Одишелидзе оскалился. – Тоже выманили японцев, тоже расстреляли их.
