Она взяла телефон со стойки и написала: «Вы получили сообщения? Надо поговорить, я кое-что придумала»."
"Ей нужно было, чтобы Уилл перестал плакать и она могла спокойно подумать. Она прошла на кухню, с облегчением осознавая, что она наконец-то одна в квартире. Лоуэл повез мать в аэропорт. Последний раз Фрэнси ела вчера днем, от голода у нее кружилась голова, но еда в буфете ее не заинтересовала. Она открыла морозилку, достала пакет замороженной кукурузы и приложила к затылку. В квартире было невозможно находиться из-за жары, ей так хотелось включить кондиционер.
Но утром Лоуэл тихонько попросил ее не включать его, чтобы сэкономить на электричестве, пока ей не заплатят за фотосессию, которой на самом деле не было.
— Нет, — еще громче сказала она.
Тело не нашли, значит, он мог быть жив.
В дверь подъезда опять позвонили, как это происходило постоянно в последние два часа. Журналисты требовали комментариев. Фрэнси звонила миссис Кэрен, квартирная хозяйка, она просила сделать что-нибудь, чтобы они убрались с крыльца и ушли, пожаловалась, что они разбили ей горшок с геранью.
Фрэнси проверила телефон, ей не терпелось получить ответ от Нэлл и Колетт, она снова набирать сообщение свободным большим пальцем: «Я серьезно. Надо поговорить со Скарлет. Думаю, она поможет».
Уинни подумала, что та женщина, которая поливала цветы на балконе напротив дома Уинни, могла быть Скарлет. Она поначалу сомневалась, но вчера ночью, пока Лоуэл спал в их постели, а Барбара на диване, она заперлась в их душной ванной без окон и изучала тетрадь, которую хранила в ящике с бельем.
Она пыталась понять, что же она упустила. Через полчаса она стояла голая под душем, на голову и шею ей капали обжигающе ледяные капли, волосы, словно занавески, свисали вдоль лица. И тут она вспомнила. На последней встрече Майских матерей Скарлет сказала, что у Уинни депрессия. Фрэнси очень четко вспомнила этот момент. Они сидели на покрывалах и пили вино, которое купила Нэлл. Скарлет сказала, что очень переживает за Уинни.
Сказала, что они живут рядом и иногда вместе гуляют.
Фрэнси аккуратно переложила Уилла в детское креслице, с трудом вставила ему в рот соску и открыла на телефоне последние отправленные сообщения: «Вдруг Уинни рассказала ей что-то важное».
Она нажала на «отправить», и телефон сразу зазвонил. Это была Колетт. Судя по голосу, она плакала.
— Фрэнси, прекрати, пожалуйста. Ты хватаешься за соломинку.
— Это не так, — Фрэнси тоже заплакала. — Я насчет голубого одеяльца.
