«Где бы ты ни появилась, – скажет ей муж, – ты всюду умудряешься влипнуть в какой-нибудь криминал! Свинья, как говорится, грязь найдет! Я взял тебя с собой как приличную женщину, а не как частного сыщика! Неужели тебе обязательно нужно было испортить наш праздник?»
И еще много чего он наговорит в таком же духе. В общем-то, он будет в какой-то мере прав, поскольку Надежда Николаевна Лебедева, приличная женщина средних лет с высшим техническим образованием, имела очень интересное хобби. Она обожала разгадывать всевозможные криминальные загадки.
И делала это, надо сказать, с большим умением. Всевозможные криминальные истории происходили с самой Надеждой и с ее многочисленными друзьями и знакомыми с завидным постоянством, так что Надежда не могла пожаловаться на скуку и монотонность жизни. Но Сан Саныч ее пристрастия не понимал и не разделял, потому что находил такие занятия очень опасными и страшно сердился на Надежду, утверждая, что она сама ищет криминальные приключения на свою голову. Посему с некоторых пор Надежда взяла за правило ничего мужу не рассказывать, чтобы понапрасну человека не волновать.
Так что муж в данном случае ничем не мог ей быть полезен.
Рядом с Надеждой Николаевной остановился официант с подносом в руках. На подносе стояли бокалы. Надежда схватила бокал и выпила его содержимое одним глотком. Вкуса напитка она совершенно не почувствовала. Официант посмотрел на нее со странным выражением – со смесью недоумения и уважения.
Тут Надежда Николаевна увидела того, кто ей нужен.
В углу зала, чуть в стороне от пьющих и болтающих гостей, стоял человек в строгом черном костюме.
Лицо у него тоже было строгое и ответственное, как у капитана на мостике корабля. В отличие от веселящихся участников корпоратива он не развлекался, он работал. Точнее, отвечал за то, чтобы сегодняшняя вечеринка прошла без сбоев. Видимо, это был метрдотель или даже директор ресторана.
Надежда Николаевна протиснулась между танцующими и окликнула метрдотеля:
– Можно вас на минуточку?
Метрдотель (или кто он там был на самом деле) повернулся к Надежде Николаевне с тем выражением, с которым капитан «Титаника» уставился на роковой айсберг.
Видимо, по выражению ее лица он понял, что избежать неприятностей ему сегодня не удастся.
– Я вас слушаю! – проговорил он со вздохом.
– Извините, конечно. – Надежда взяла его за локоть и понизила голос. – Боюсь, что одной девушке стало плохо. Очень плохо.
– Плохо? – Метрдотель внутренне напрягся. – Насколько плохо?
– Совсем плохо.
