Но при этом вы должны произвести на них впечатление человека надежного и не представляющего угрозы.
Мой гнев, как и все мои мужчины, не задержался со мной надолго. Он исчез, оставив меня разбитым и с ощущением собственной никчемности."
"– И все равно, ваши высказывания гомофобны.
– Вы можете сами позвонить им и все объяснить, но я сомневаюсь, что после этого они захотят пожертвовать нам деньги. А если вы не сможете найти людей, которые будут снабжать нас деньгами, то ваша работа на нашу организацию окажется абсолютно бесполезной.
Вот теперь мне снова стало страшно.
– Кажется, вы сказали, что не собираетесь увольнять меня.
– Пока «Жучиные бега» проходят успешно, вы можете посещать любые бары и наряжаться какими угодно животными.
– Супер!
– Но сейчас, – она бросила на меня холодный взгляд, – но сейчас в глазах общества у вас сформировалась репутация извращенца-наркомана, который ходит с голой задницей и домогается всех подряд. И такая репутация отпугивает наших главных спонсоров.
А мне не стоит вам напоминать, что у нас их и без того осталось крайне мало.
Возможно, сейчас был не самый лучший момент, чтобы рассказывать ей о письмах, которые я получил сегодня утром.
– Так что же мне делать?
– Реабилитироваться. И как можно скорее. Вы должны снова вернуться к образу безобидного содомита, чтобы люди, которые отовариваются в приличных супермаркетах, могли без страха и даже с гордостью представлять вас своим друзьям, придерживающимся леволиберальных взглядов.
– Знаете, вот сейчас вы меня очень, очень сильно оскорбили.
Она пожала плечами.
– Дарвина тоже оскорбляли осы-наездники. Но, к его большой досаде, они и не думали вымирать.
Если бы у меня была хотя бы крошечная, как комариное яичко, капля гордости, я тут же вышел бы из кабинета. Но гордости у меня не было совсем, поэтому я остался.
– Я не могу контролировать все, что пишут обо мне в прессе.
– Еще как можешь, – возразил Алекс. – Это просто.
Мы оба уставились на него.
– У меня есть приятель по имени Малхолланд Тарквин Джонс, мы вместе учились в Итоне. Пару лет назад он попал в ужасно неприятную ситуацию. Там было какое-то недоразумение с угнанной машиной, тремя проститутками и килограммом героина. Газеты выставили его чудовищем, но он тут же объявил о своей помолвке с очаровательной наследницей из Девоншира, и после этого журнал Hello стал регулярно публиковать его фотосессии с пикников и приемов.
