Автор
Богдан провел ещё одну ночь в бесконечной серийке боев, где каждое сражение может быть последним. Сегодняшний поединок — это очередная попытка поднять рейтинг среди зрителей для компании-промоутера. Богдан откровенно относится к таким бойцам как "креативные мажоры", готовые продемонстрировать свой мастерство на людях ради небольшого приза....
А я закрываю глаза и чувствую, как ноет в том месте, где была душа. Они есть. Они счастливы и живут полной жизнью. А меня нет. И никто не виноват… Смотрю на двери ювелирного магазина, и в глазах резко темнеет, сердце замирает, мне хочется громко кричать, но я открываю и закрываю рот, хватая ртом недостающий воздух. Мне хочется уйти от реальности и забыться. Впасть в небытие, чтобы больше ничего не чувствовать. Соскакиваю с места, задеваю стаканчик и разливаю остатки кофе на стол. Выбегаю из кафетерия и бегу в сторону дома из-за всех сил.
Забегаю домой. Мама в ванной. Льется вода, и она не слышит меня. Хорошо. Иду в ее комнату, вынимаю из прикроватной тумбы баночку с ее снотворным и прячу в кармане. Прохожу в кухню, открываю холодильник и достаю бутылку водки. Мама не пьет крепкий алкоголь, но всегда держит дома водку на всякий случай, чтобы что-то продезинфицировать или сделать лекарственную настойку.
— Алиса, это ты?! — кричит из ванны мать.
— Да, — спокойно отвечаю и иду в свою комнату.
Снимаю с себя всю одежду, надеваю любимую футболку и сажусь на кровать, открываю баночку и высыпаю себе на ладонь несколько таблеток…
— Алиса, ты обедать будешь?! — кричит мама. Слышу ее шаги по коридору и сжимаю таблетки в ладони, прячу водку и баночку под подушку. Мама заглядывает в комнату.
— Я пасту твою любимую сделала.
— Не хочу, я в кафе поела. Оставь на ужин, — выдавливаю из себя улыбку только для того, чтобы мать успокоилась и ушла. — Я хочу спать.
— Хорошо, — мать улыбается и прикрывает дверь.
Разжимаю руку и закидывая в рот две таблетки. Открываю водку и запиваю снотворное. Морщусь, задыхаюсь, но глотаю. Дышу глубоко и вновь закидываю в рот пару таблеток. Давлюсь, закашливаюсь, но глотаю. Из глаз непроизвольно начинают течь слезы. Нет, я не хочу себя убить. Я просто хочу отключиться от реальности. Чтобы ничего не чувствовать и ничего не слышать. Чтобы мне больше не снилась маленькая девочка с глазами Богдана, и я не слышала ее плач. Поэтому я глотаю ещё таблетки и уже пью водку, как воду, пока не начинает кружиться голова.
* * *"
"— Марина, ты охренела?! — папин голос доносится глухо, но я разбираю слова.
