— Как такое может быть?
Естественно, ответом мне послужила зловещая тишина. Правда, на какой-то миг мне показалось, будто я уловила отзвук злорадного хихиканья.
— Не понимаю. — Я говорила вслух, прекрасно осознавая, как это странно, должно быть, выглядит со стороны. Но звучание голоса успокаивало, дарило ложную иллюзию, будто рядом со мной есть еще хоть одна живая душа. — Что за шутки?
«Должно быть, тебе не повезло повстречаться с лешим, — глубокомысленно заметил внутренний голос. — Говорят, лесные духи на редкость зловредны.
Никогда не упустят возможности навредить по мелочи».
Я принялась затравленно озираться по сторонам, силясь разглядеть между деревьями этого самого лешего. Да, до сего дня я не верила в существование подобной нечисти, но с другой стороны — совсем недавно я была абсолютно убеждена, что всех перекидышей уничтожили в стародавние времена. Кто знает, сколько еще непознанного остается в мире.
Однако, как и следовало ожидать, меня постигла очередная неудача. Если я действительно заблудилась из-за лешего, то тот решил не показываться мне на глаза.
И теперь я не имела ни малейшего представления, что же делать дальше.
— Мама! — Я тихонечко всхлипнула, осознав, что имею все шансы самым глупым образом замерзнуть всего в миле от города. Сморщилась и тоненько провыла от отчаяния: — Мамочка!
Как и следовало ожидать, мне никто не ответил. Лишь в завывании ветра почудился уже знакомый мне ехидный смешок.
Я засунула озябшие ладони в широкие рукава шубки. Если честно, от холода я почти не чувствовала пальцев ног, давным-давно замерзших в сапогах.
Влажный от налипшего снега подол платья неприятно лип к ногам, вытягивая последние капли тепла.
«Наверное, так я и умру, — страдая от невыносимой жалости к себе, подумала я. — В самом расцвете сил, так и не познав мужской любви и не родив детей»."
"На последней мысли я не выдержала и расплакалась. Горькие слезы катились градом по лицу, а я отчаянно шмыгала носом, уже представляя, как будет страдать Дора от известия о моей смерти.
А родители? Да, отец пару раз поступил со мной некрасиво, но он любит меня. Просто воспитан в старых традициях, когда дочь обязана была подчиниться воле семьи и выйти замуж не по любви, а по выгоде.
«Иди, дура! — рассерженно фыркнул внутренний голос. — Можешь продолжать плакать по дороге и жаловаться на жестокую судьбу. Только не стой на месте, а то точно замерзнешь! Иди куда хочешь, кому говорят!»
И я послушалась велению разума.
