Автор
В темной комнате сквозь приоткрытую дверь проникает лишь мелькание света от огонька. Кажется, все вокруг погружено в тишину и холод, но когда Николай вошел, мир изменился - он увидел любимую в объятиях другого человека. Это было нечто невероятное и резкое, как гром среди ясной ночи. Его сердце стало непонятным сокровищем — острое от боли и внезапного вожделения....
Похоже, «Малыш от бывшего» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Новое помещение под один из цветочных магазинов Ветровой было просторнее и светлее прежнего, еще одним несомненным плюсом было его нахождение недалеко от станции метро и автобусной остановки, что уже само по себе делало расположение магазина весьма выгодным с точки зрения продаж и бизнеса в целом.
Проходимость здесь была просто огромная и Нику пришло сильно постараться, чтобы выхватить этот лакомый кусочек из рук заинтересованного в нем хозяина сети ювелирных магазинов. Однако Ник умел договариваться, может не слишком честно и немного надавив, но, как говорится, бизнес есть бизнес.
Ветровой он, конечно, ничего не сказал, дабы не обнадеживать заранее и, что было куда важнее, не портить приготовленный для нее сюрприз.
Не без помощи Аси, Ник договорился с поставщиком, долгое время работавшим с сетью цветочных магазинов «Маленький принц», тем самым восстановив практически весь сгоревший ассортимент. Получилось не сразу, некоторое время пришлось подождать и Ника это до ужаса нервировало.
"Конечно, случай был страховым и проблем возникнуть было не должно, ущерб был бы возмещен, но Ник чувствовал свою вину за произошедшее и никак не мог оставить все как есть.
— А ты все же ничего, — похвалила его Ася, — но все равно козел.
Ник бросил на нее удивленный взгляд, но промолчал, дав девушке возможность выговориться.
— Не надо на меня так смотреть. Как еще назвать человека, бросившего беременную девушку и женившегося на какой-то… — Ася скривила физиономию и поморщилась, словно вспомнила о чем-то совершенно омерзительном.
— Ты не знаешь подробностей.
— И это не снимает с тебя ответственности.
— Не снимает, — согласился Ник.
Он и не отрицал, сам себя съедал за тот поступок. За трусость, за побег. Именно побег, не иначе. И неверие Ветровой, ее опасения, вполне справедливы. Он ведь и правда поступил, как последний мудак. А вот она поступила по-человечески. В ушах до сих пор звенели ее слова об аборте.
