Нина, что вы искали?
– Просто порядок наводила, – тихо ответила медсестра.
– Да? – удивился Федор Иванович. – А зачем занавески распарывали, пол простукивали?
– Температура зашкалила, – нашла объяснение Нина, – я в неадеквате была.
– А как сейчас ваше самочувствие? – заботливо поинтересовалась я. – Выглядите здоровой, цвет лица свежий.
Волынкина молча смотрела на Михайлову, а та истерично рассмеялась:
– Ах ты дрянь! Решила на покойницу стрелки перевести? Когда Лампа с Владимиром мне фото руки с браслетом показали, я сразу сообразила: твоя лапища.
Да и некому больше, кроме тебя, было украшение из моей сумки взять. В тот день, когда снимок сделали, ты в СПА прибежала и застонала: «Ксюша, дай таблеточку от мигрени! Умоляю!» И ведь пришла в самую запарку – я с пациентами так занята была, что аж пар из ушей валил. Ну и сунула ей ключи от шкафа и кабинета, нарушила инструкцию, сказала: «Сама потихоньку возьми». Причем Нина знала, что именно так все и будет. Я же ей вечером пожаловалась: «Завтра дежурство тяжелое, присесть некогда будет».
А позже, где-то часов в восемь вечера, мне понадобилось взять лекарство из хранилища. Полезла в карман – нет карточки. Сначала я решила, что потеряла, придется бежать к главной медсестре клиники и электронный ключ блокировать, новую карточку заводить. Потом вспомнила: я ж отдала ее Нине, а та не вернула. Позвонила подруге, она прибежала, все принесла. Теперь я уверена: Волынкина браслет взяла, меня подставила, а потом на место его вернула. Нина все вам про покупку дома наврала.
Не так было! Не так! Не так!
– А как? – остановил истерику Михайловой Костин.
– Хочешь всех убедить, что не покупала особняк? – завизжала Нина. – Ну, солги, глядя мне в глаза, давай, начинай! Копейки на детей давала, алчная сволочь, а накопления-то не твои, Родиона, он их для своих сыновей предназначал, вот! А мне выклянчивать их у тебя приходилось!
– Ага! Учитель знал тебе цену! – завопила в ответ Ксения. – Он мне говорил: «Ты моя любимая жена, жаль, сына мне родить не можешь.
Мальчики чуть подрастут, я их у дуры Нинки заберу, ты воспитывать моего наследника станешь».
– Все деньги Родиона у Ксюшки! – затопала ногами Нина. – Она их прячет!
Галина Михайловна поморщилась:
– Боже… Женщины, верните себе человеческий облик!
– Ба-бах! – раздалось вдруг в кабинете.
Костин вскочил, а я прикрыла голову руками. Это, конечно, глупо, от пули ладони не спасут, но как-то само собой получилось.
В кабинете воцарилась тишина.
