Раз, два, три…
«Ты не встанешь, падла, ты больше никогда не встанешь и не подойдешь ко мне…», — думала девушка, остервенело забивая замершее тело.
Затем, словно очнувшись, Анна отскочила от убийцы и с ужасом посмотрела на окровавленный подсвечник. По темной краске под бронзу совсем не поэтично и ни капельки не красиво стекала кровь.
В этот момент входная дверь распахнулась, выворачивая куски дерева вместе с замком, и в комнату влетели бойцы. Румянцева не сразу сообразила, что это служба внешней разведки напополам с дружиной князя Голицына — главы посольства.
Несколько человек начали проверять покои, один подошел к Анне и осторожно забрал окровавленный светильник. А еще один направился к телу на полу и срезал балаклаву с размозженной головы.
— Девушка, вы настоящий боец, — негромко произнес разведчик, забравший орудие самообороны.
Он нашел глазами плед на кресле и укутал в него Румянцеву, которую начала охватывать крупная дрожь. Пережитое потрясение запоздало било по нервам Анны.
— Ну-ну, малышка, ну ты чего? Все позади, ты умничка, — неловко попытался успокоить девушку разведчик.
— Умничка, — вздохнул тот, что снял с трупа балаклаву. — Звони Нарышкину, скажи, что наша умничка нашла куратора наемников.
Глава 23
Москва, Кремль, Дмитрий Алексеевич Романов
Утро Его Величество любил начинать с чашечки кофе и сводки новостей. Как правило, в роли газетного листика у него выступала подборка от секретарши, но сегодня на доклад напросился князь Толстой, глава внешней разведки.
И судя по кислому выражению лица Толстого, настроение императору собирались испортить с самого утра.
— Государь, ночью было совершено покушение на всех членов нашей делегации в Британии, — отчитывался Алексей Львович с видом практически похоронным. — Охрана отработала отлично, но пленных взять не удалось.
Романов поморщился.
Извечная проблема силовиков: хороший враг — мертвый враг. Хоть бы некромантию изобрели на этот случай, что ли…
— Среди нападавших был искомый куратор наемников, которые пытались убить господина Мирного, — продолжил князь.
— Он успел убить двоих наших спящими, а третий, точнее, третья убила уже его в процессе самообороны.
— Женщина? Наемника? — удивленно приподнял брови Дмитрий Романов. — Это кто у нас такая талантливая?
— Анна Румянцева, — ответил Толстой и под выразительным взглядом императора добавил: — Забила бедолагу настольным светильником.
Государь всея Руси неприлично заржал.
