"
"— Ты отстаешь, — объявил Дмитрий Евгеньевич. — С твоим будущим мужем спокойной жизни не жди. Дополнительные два часа тренировки утром, затем пары по расписанию и два часа вечером.
— Но как же… — пролепетала ошарашенная Василиса, которая ждала отповеди или ехидных насмешек, но никак не увеличения нагрузки втрое.
— Как же твоя многомиллионная компания? — приподнял брови Разумовский. — Делегируй. Знаешь такое слово?
Моя невеста поджала губы, но спорить не решилась. Понятно, это уже вопрос не развития дара, а банальной личной безопасности.
— Ну а ты… — тренер посмотрел на меня. — Я вот думаю, Мирный, что пословица «сила есть — ума не надо» ? это прям про тебя. Ее, наверное, даже придумали только ради того, чтобы однажды можно было использовать в разговоре с одаренным безмозглым магом. Металл, мирный. Металл, мать твою! У тебя пять открытых стихий, а все, что ты придумал — открыть новую, разобрать вагон по винтикам и собрать бункер!
— Ну было, знаете, не особенно много времени провести анализ.
— Да что ты? — ехидно протянул Разумовский. — А время открыть стихию — было? Сколько там миллисекунд от детонации до взрыва, а? Нет, это, конечно, рекорд в открытии стихий, Оля в восторге и ужасе, но ты хоть понимаешь, что прошел по краешку?
— Или так, или все бы погибли, — пожал я плечами.
— Вот ты в армии еще не служил, но у меня прям такое ощущение, что это передалось тебе с генами. Героическая штыковая атака, Мирный, хороша для баллад и благодарственных писем вдовам.
— У меня еще нет такого тонкого навыка владения техниками, чтобы оперировать смешанными стихиями.
— И вот наконец-то здравые мысли в твоей пустой школярской голове! — тренер даже пару раз похлопал, изображая восторг и овации. — И знаешь, как мы это решим? Два часа утром, пары и четыре часа вечером!
— Да это же контрпродуктивно! — ахнула Василиса.
— Зато мозги прочищает великолепно, — огрызнулся тренер.
— Два вечера в неделю выходных, — произнес я.
— Еще чего!
— Или вы дадите мне два выходных, или я дважды в неделю буду прогуливать, — парировал я.
— Исключу, — процедил тренер.
— Не выйдет, — негромко произнес Иван невинным таким тоном.
Василиса приподняла брови, теряя нить рассуждений, но Иван нашелся:
— Его Высочество будет очень опечален, если его ближника отчислят.
Разумовский нехорошо прищурился.
