Пару мгновений они молча мерились взглядом, потом губы стоявшего впереди Гаранина дрогнули в легком подобии улыбки (ну еще бы, у Виктора не было никаких шансов против них, даже один на один), но в этот момент дверь кабинета распахнулась и на пороге появился сам:
— Ирина, Виктор, рад вас видеть. Прошу. И вы заходите, ребята.
Виктор и Тучина с недоумением переглянулись, после чего Ирина вскинула брови и… расхохоталась.
— Да, Дмитрий, я совсем забыла, какой ты талантливый шоумен.
Вижу, решил устроить нам спектакль.
Ярославичев нахмурился:"
"— Вы ехали сюда с единственной целю, — заставить меня держать ответ за все, что случилось. Я готов. Более того, хотя я попросил ребят прибыть во дворец с совершенно другой целью, я согласен ответить на ваши обвинения при… посторонних, поскольку я и сам уже несколько часов задаю себе вопрос о степени своей вины в том, что произошло.
А ты мне говоришь про спектакль… — Император тяжело вздохнул и повернулся к терранцам: — Прошу простить, ребята, может, вы лучше подождете меня в сту…
— Ну уж нет, — вскинулся Виктор, — пусть остаются.
Они вошли в кабинет. Император сделал приглашающий жест рукой:
— Рассаживайтесь где кому удобнее, — а сам подошел к стоящему в углу длинному столу для совещаний и, подхватив три стула, поставил их друг против друга в самом центре.
Сев на свой, он повернулся к Ирине и Виктору и указал на два других: — Прошу.
Когда все расселись, Его Величество сложил руки на груди и, откинувшись на спинку, упер взгляд в Ирину и Виктора. Тучина едва заметно поморщилась. Ярославичев очень грамотно построил сцену. Зрители по бокам, они трое — в центре. Вроде условия равны. Вот только они трое сидят на таком расстоянии, что всем присутствующим видно, что она слегка растрепана, Виктор небрит и помят, а его внешний вид — безукоризнен.
К тому же его поза… с его ростом и фигурой он выглядит скорее судьей, чем обвиняемым, а если кто-то из них попытается вот так сложить руки на груди, то со стороны это будет выглядеть обезьянничаньем.
— Итак, я слушаю вас.
Виктор подался вперед:
— Это ты развязал эту бойню! Ты!
Император согласно кивнул.
— Да, ты прав.
