Она была частью меня, и я знал, что должен защищать ее. В то время не имело значения то, что я был молод и безрассуден. Не имело значения и то, что я чертовски не разбирался в воспитании детей.
Жизнь со строгим отцом, который выгнал маму, чтобы жениться на любовнице, превратила меня в бесчувственного ублюдка, единственная цель которого — разрушение, включая себя самого. И когда та самая мать покончила с собой, я поклялся никогда не прощать своего отца, его жену или гребаный мир, из-за которого умерла мама.
Вот почему в подростковом возрасте я пошел по безрассудному пути и чуть не испортил всё.
Но это было до того, как этот крохотный ребенок с ручонками и розовым лицом изменил моё гребанное существование. Еще до того, как я сделал тест ДНК, знал, что она была моей плотью и кровью. Знал, что она принадлежит мне.
Это благословение, которого я никогда не был достойным. Вот почему её имя Гвинет.
Ее рождение дало мне новую цель, которая полностью отличалась от того, чтобы разрушить мою жизнь.
Я всегда был зависим от власти, но она была причиной того, что я делал все, чтобы ее обрести.
Потому что благодаря власти люди могут защитить свою семью.
И Гвен — моя единственная семья.
Семья, ради которой я буду вырезать всех на своем пути, чтобы она была в безопасности.
Но с моей стороны был просчет.
Я недостаточно внимательно смотрел на то, что меня окружало, и, следовательно, не мог определить человека, который мог ей угрожать. Единственного человека, который мог забрать ее у меня после того, как я растил её двадцать лет.
— Блядь! — я нажимаю на педаль газа и снова звоню Нейту.
Наконец он берет трубку и говорит уставшим тоном.
— Что случилось, Кинг? У меня встреча.
— К черту встречу. Это срочно.
— Что случилось? — его голос протрезвеет.
Я открываю рот, чтобы обрушить на него всё, но рев шин прерывает меня. Передо мной врезается машина, и я резко нажимаю на тормоза, громкий визг эхом разносится в воздухе.
Но это бесполезно.
Мои уши наполняет последующий звук удара металла о металл, и меня отбрасывает назад за подушку безопасности, пока моя шея почти не ломается.
Мои глаза приоткрыты, горячая жидкость течет по лбу и образует красную дымку перед моим взором.
Через долю секунды я отключаюсь, словно душа каким-то образом покинула пределы тела и теперь существую где-то еще.
В ушах долго и сильно гудит, и мое тело больше не похоже на мое. Я где-то плыву, неподвижный, не моргающий, но есть движение.
Не от меня.
