Стою я под деревом, дождь льёт как из ведра и вдруг трах-тарарах, гром, и молния как шарахнет, и я вдруг сразу оказываюсь на высоте дерева, но не на дереве, оно рядом было метрах в пяти от меня. Смотрю вниз и вижу себя, лежащим прямо подо мной недалеко от дерева, тоже метрах в пяти от него. Лежу на спине, неподвижно. Потом вижу, голова повернулась, как бы осмотрелась вокруг и снова замерла. И так продолжалось сколько-то времени. По моим ощущениям, минут 10–15, наверное, вряд ли больше. А потом, как молния опять сверкнёт, я и сознание потерял.
Я так думаю, доктор, что это душа моя висела над моим телом в промежуток времени между двумя молниями. Первая молния вышибла мою душу из тела, а вторая вернула обратно.
Я замолчал, глядя на доктора. Тот сидел и тоже молчал. Потом снял свои очки, протёр их платочком, вздел обратно и сказал:
— Что только не случалось с людьми, которые выжили после встречи с молнией. Если кто-нибудь смог собрать хотя бы часть этих историй в одну книжку, то получилось бы занимательнейшее и поучительное чтение.
Давайте-ка, я вас послушаю. Встаньте и снимите майку.
После тщательного осмотра всего, до чего он смог дотянуться, простукивания и прослушивания, ""дышите — не дышите"", доктор сказал:
— Вы абсолютно здоровы. В больнице вам делать нечего. Я вас выписываю.
Он пододвинулся вместе с табуретом к столу и, взяв обычную деревянную ручку со стальным пером, сообщил мне подвигая ближе к себе стеклянную чернильницу, стоявшую тут же на столе неподалёку:
— У меня есть кое-какие данные о вас, но вашей фамилии и отчества я не знаю.
Фельдшер ваш, Степан Николаевич, который мне их предоставил, сказал, что у вас фамилии нет, только имя. Так что у вас есть уникальная возможность выбрать себе фамилию и отчество. Как скажете, так я и запишу в справке.
Я думал недолго. Скорее всего, я никогда не узнаю ни имени своего отца, ни его фамилии. Тут я вспомнил жившего по соседству с нами одинокого деда, который всегда жалел меня и никогда не обижал, а частенько и защищал, прогоняя дразнивших меня мальчишек.
Звали его Василич. Жил он тем, что плёл корзины, а ещё изготавливал из бересты всякие поделки, которые потом продавал.
— Так что пусть фамилия моя будет Берестов, а отчество Васильевич, — решил я про себя, о чём тут же и сообщил врачу:
— Я, Берестов Василий Васильевич.
Доктор кивнул головой, макнул перо в чернильницу и прямо при мне выписал справку.
Справка.
Настоящая справка выдана Берестову Василию Васильевичу.
