Хмурится, и челюсти сжимает. Злится? Возмущается? Досадует, что не удалось меня провести?
Наконец, выдает:
— Ты моя избранная. Твое недоверие не отменит нашу связь.
— Избранная — значит, вы меня выбрали? — усмехаюсь. — Но я-то вас не выбирала!
— Избранная не мной, а для меня.
— Пф, — только всплескиваю руками. — Скажите еще, что меня вам подарили на день рождения!
— Прислушайся к себе, Ника. Мы связаны. Что ты чувствуешь рядом со мной?
— Э… Недоумение?
Вру фраза за фразой, а на деле действительно чувствую, как меня тянет к этому шикарному красавцу.
Да разве может к нему не тянуть, если я девочка, и со зрением у меня все в порядке? Отпускать его совершенно не хочется. И даже продолжать наш идиотский, бессмысленный спор кажется вариантом получше, чем развернуться и уйти.
Кажется, я просто цепляюсь за любой повод, чтобы возражать, злиться — лишь бы не уходить. Лишь бы он не исчез.
Мне встречались и в прошлой жизни всякие Аполлоны, но такой бурной реакции за собой не замечала. Наверно, дело в магии.
Видно, этого засланного казачка наделили какими-нибудь магическими феромонами, чтобы зацепить меня посильнее.
— Ника, нас обручили служители Трехликого, когда мне было шестнадцать, а тебе двенадцать.
— И где ты был все эти годы? — прозвучало как-то слишком язвительно. — Мне явно чуть больше двенадцати.
— Обстоятельства, — он коротко пожимает плечами.
— Ну раз обстоятельства… Это все объясняет!"
"Внезапно что-то неуловимо меняется. Мужчина напрягает все мышцы и произносит едва слышно, одними губами:
— Найди меня.
Вскидывает перед собой руки, открывая ладони, и отходит подальше. Затем его голова неестественно дергается, как от мощного, невидимого удара, и я в ужасе начинаю орать!
Глава 5
Йемрен
Прав был Дариус — невидимые скользили по городу, как беззвучные тени. Вот только тени не пахнут, а эти насквозь пропитались потом и ненавистью. Избегать королевских ищеек было просто. Легче, чем обойти яму при свете дня.
Откуда появились невидимые — о том никто не ведал, кроме королевы да старого мага, что недавно почил в могиле.
Говорили только, что невидимые натасканы отлавливать враждебные королеве вибрации. Дариус надел на меня защитный амулет, но предупредил: его действие ограничено и наказал держаться от ищеек подальше.
Пока лавировал по многолюдным улочкам, поражался тому, как устроен человек. Я на вражеской территории, но сквозь острый запах опасности в ноздри бьет аромат марципана и густой — хоть ложкой ешь! — аромат корицы.
