- Раскопали ""Иверию"", где это вы, ребята? - Места надо знать, - ответил Леха. - И между прочим, вот ты подумал бы как парторг: обеспечивать надо трудящихся, делать централизованно, вышел, значит, на демонстрацию - получи бутылек. Вот и явка тогда образуется стопроцентная... - Рита рядом со мной неожиданно засмеялась.
- Ладно-ладно, ты эти шуточки брось, - официальным тоном посоветовал Хеня. - Надо все-таки разбираться, как можно шутить и как нельзя. - А что я такого сказал? - А - думать надо! - С оскорбленным достоинством Хеня выдул стакан, тоже крякнул и вдруг побледнел всем лицом, диковато оглядываясь.
У него даже уши зашевелились. - А где транспарант?.. - Вонвон-он!.. откликнулись сразу несколько энтузиастов. - Сохранили твою фанеру!.. Жаконя присматривает!.. - Мы слегка расступились, чтобы не загораживать фигуру Жакони, тот рыгнул, и в это время я вдруг заметил среди демонстрантов Зоммера. Зоммер стоял с рабочими Металлического завода и о чем-то с ними беседовал, держа в руках майонезную баночку.
Вероятно, тоже расслабился по случаю остановки. С его правого локтя свисала авоська, а расстегнутый плащ обнаруживал светлый дешевый костюм. Мятый галстук у горла, старенькие ботиночки. Ни дать ни взять - бухгалтер среднего предприятия.
Он почуял мой взгляд и тоже ответил взглядом, но - с тупым равнодушием, как будто бы не узнав. Тем не менее у меня пробежала холодная дрожь по телу. Я отступил на шаг. Рита, явно обеспокоенная, дернула меня за рукав. - Что случилось, вспомнил что-нибудь нехорошее? - Ничего, отворачиваясь от Зоммера, сказал я.
- Как это ничего? У тебя щеки позеленели... - Говорю тебе: ничего.
Не трогай меня, не надо...
Кажется, Рита обиделась. К счастью, в эту секунду где-то впереди грянул оркестр, демонстрация зашевелилась и двинулась по направлению к площади.
Плотные сомкнутые шеренги оттерли Зоммера. Я надеялся, что навсегда.
Сердце у меня ощутимо постукивало. И поэтому когда из толпы вылез Хеня и плаксиво начал настаивать, чтобы я хотя бы немного понес транспарант - понимаешь, Жаконя нахрюкался, потеряет, мерзавец, - я довольно-таки решительно ему отказал.
Дескать, извини, дорогой, рука не сгибается."
"А слегка возбужденная Рита не к месту хихикнула. - Ладно, - сказал обиженный Хеня. - Будет обсуждаться твоя работа, припомним. - И, увидев Шаридова, шагающего с женой и с детьми, закричал, продираясь к нему через шеренги идущих: - Подождите, Халид Ибрагимович, одну минуточку!..
