Если придется. Главное, что Мэри будет в безопасности. А они никогда больше не смогут никого убить.
– Пойдем, – решительно кивнул Райнор.
Глава 28
Его пальцы сжали ладонь Феба. Немного судорожно, почти до боли. Может, дело было в том, что Райнору было трудно идти? Слабость никуда не делась, в темнице лишь усилилась. А может, Райнору просто стало страшно? Ведь он лишь человек. Из плоти и крови, со страхом смерти. Даже с фанатичной любовью к брату, даже с благородными порывами. Только человек. И сердце колотилось от мысли, вдруг что-то пойдет не так.
Но в то же время Райнору стало спокойно и легко. Даже если погибнет он, Альдор будет свободен.
– Знаешь, Феб, – тихо признался Райнор, на секунду замешкавшись. – В самом начале, когда я еще был дрожащим слабаком, я мечтал о чем-то подобном. Чтобы кто-то запретил, не дал, да хоть на цепь посадил, как озверевшего пса… лишь бы не очнуться от наваждения в очередной раз с кровью на руках. Я уже давно изменился и не боюсь крови.
Но спасибо. Я не ждал, что ты станешь спасать нас.
Почему-то, глядя в чистые голубые глаза Феба, Райнор верил ему сейчас. Вспоминались, конечно, страшные россказни про магию смерти. Помнится, в одном из соседних королевств была история с похожим ритуалом? Когда после очередного кровавого ритуала молодой король провел такой со своим злейшим врагом, заблокировав у него возможность убить кого угодно, навредить даже в целях защиты. А что потом там творилось в темнице – при дамах не расскажешь… Но Райнор чувствовал, что Фебу можно верить.
Острой иголочкой в сердце ощущал, что этот человек куда чище и лучше его самого. Да и многих других людей.
Для видимости, вдруг по пути в подземные хода мужчинам встретилась бы стража, Феб набросил на исхудавшие запястья Райнора тяжелые цепи. И поморщился от того, как они сразу оцарапали кожу.
– Тебе решительно противопоказаны подземелья, – улыбнулся шутливо Феб, натягивая цепи, когда они шли по темному коридору вниз.
Где-то рядом послышались голоса, и мужчины остановились выждать время, чтобы не попасться на глаза страже. Райнор впервые, на памяти Феба, искренне, хоть и слабо, улыбнулся. И его лицо вдруг стало красивым и живым. А не мрачной гипсовой маской.
– Мало кому они идут, – кивнул он и вдруг в безотчетном порыве стиснул ладонь Феба.
Пальцы Райнора оказались холодными и удивительно сильными, как для такого хрупкого на первый взгляд мужчины.
