Автор
— Повторяю: не стоило мне на тебе жениться. Я ошибся, принял увлечение за любовь. Вот и всё. А то, что за четыре года мы так и не обзавелись детьми, только подтверждает этот факт. Сама знаешь, есть легенда, что дети у драконов рождаются только от любимых. — Но ведь это всего лишь старая легенда. — Я ещё надеялась его переубедить. — Легенды не на пустом месте рождаются....
Просто я увидела, с каким обожанием герцог на вас смотрит, и гнев затмил мой разум. Я тоже хочу, чтобы на меня так смотрели. Тоже хочу счастья!
— Знаешь, почему ты не получила моего счастья? Потому что ты не я, и Флориан не твой. И как бы ты ни старалась, счастья с ним не дождалась бы. Для нашего счастья нужно быть Рэй и Рианом. — Лицо Денизы скривилось болезненной гримасой, и слёзы потекли по щекам. — Но ведь где-то есть счастье, для которого нужно быть Денизой. Твой первый возлюбленный тебя не оценил. Флориан посчитал ошибкой.
Дениза сжалась в комочек.
— Как бы я этого хотела. Но Его Светлость отдаст меня под суд. Меня ждет пожизненная каторга. В лучшем случае долгие годы тюрьмы. Какая уж тут любовь.
Я смотрела на эту несчастную и с особенной силой почувствовала чёрную безнадёжность в её сердце.
— Небеса сами накажут тебя. Тяжко жить с таким грехом на душе. Я поговорю с Флорианом. Он отпустит тебя.
Дениза рывком выпрямилась, даже одеяло свалилось, и жадно вгляделась в моё лицо.
— Вы правда сделаете? Вы? — Её губы задрожали.
— Я один раз уже помогла тебе, Дениза. И очень сильно пожалела об этом. Сделай так, чтобы мне не пришлось жалеть снова. Не переходи мне больше дорогу, Дениза Лебер.
— Я обещаю, Ваша Светлость, — вполголоса выдохнула она и молитвенно сложила руки на груди. И вдруг затряслась, заголосила: — Простите, простите меня! Я клянусь! — Дениза повалилась на кровать, уткнулась в подушку.
Я, наверное, должна была что-то сказать, но молчала — не всё можно выразить словами.
Глава 38
Флориан ждал меня за дверью. Сложив руки на груди и прислонившись к стене, он хмуро разглядывал носки ботинок. Взъерошенный, с бледным от тревоги лицом, он выглядел усталым. Только глаза блестели непреклонным холодным блеском.
Когда я вышла, Флориан отлепился от стены, широко махнув рукой, снял преграду, и снова запер дверь.
Я, храня молчание, направилась к его кабинету, прекрасно зная, что он последует за мной. На полпути вспомнила, что меньше всего желаю видеть этот мерзкий кабинет и повернула к мастерской.
Этти, Оливия и ещё пара служанок приводили комнату в порядок. Они уже успели оттереть стену от подпалин и убрать щепки, когда я, а следом и Флориан, вернулись. Я скосила глаза, пытаясь понять, стыдно ли ему за учинённый разгром.
