Комплимент, воспоминание о прошлом и уловка, чтобы заинтересовать.
— Ты считаешь меня красивой? — Кира меняет тактику, отклоняясь на спинку стула. Подозрительно сужает глаза.
— Я считаю тебя умной. Для финдира это важнее.
— И всё же, Мансуров? — настаивает.
Внимательно осматриваю глухое облегающее платье изумрудного цвета.
— Ты красивая женщина. Думаю, тебе известно, — пододвигаю к себе тарелку и хватаю салфетку, в которую аккуратно завернуты чистые приборы. — Но это не имеет значения…
— Почему…
Мой телефон в кармане взрывается знакомой мелодией.
— Прости, — поднимаюсь с места и кидаю салфетку на стол.
Выходя в холодный тамбур, отвечаю на звонок.
— Как вы? — спрашиваю взволнованно.
Наш дом — полностью безопасен, проверено лично мной, но мало ли что?.. Ника слишком доверчивая, к нам пару раз мошенники заглядывали, она всех чаем отпаивает и пирогами угощает.
Бедовая, говорю же.
— Ненавижу тебя, — ревёт жена в трубку, а я словно в стену на полном ходу врезаюсь.
Сжимаю мобильный так, что он вот-вот треснет.
Я и сам себя порой ненавижу.
— Ты зря накручиваешь, с Кирой у меня ничего не было.
— Да хоть десять раз с ней… потрахайся. Мне… теперь всё равно, понял?
— Что случилось?
— Я бабушке звонила.
В груди зарождается ком из старых сомнений и страхов, но я стараюсь сделать голос как можно безразличнее:
— Произошло недоразумение, и она тоже забыла поздравить тебя? Бывает…
— Нет, — взвизгивает Ника. — Она. Мне. Всё. Рассказала.
— Что? — по позвоночнику проносятся заряженные снаряды, а в груди стягиваются невидимые канаты, которые столько лет ждали своей очереди.
— Ты никуда не уезжал тогда, — всхлипывает громко. — Ты вообще больше не собирался со мной встречаться. Никогда.
— Чё за бред? — мотаю головой.
Когда много лет подряд врёшь, сам начинаешь верить и потихоньку забывать как всё было. Хаотично кружу взглядом по наряженной ёлке на улице и пытаюсь подобрать слова…
— Тебя заставили, Тигран. Ты никогда и не планировал на мне жениться, — ревёт в трубку Николь.
— Вы все были в сговоре, одна я мечтательная дура!
Молча впечатываю кулак в стену.
Су-ка.
Проклятая старуха. Всё выболтала. Лучшего момента не нашла?.. С рождения выращивала в малыхе веру в новогоднее чудо, и сама же его втоптала в грязь никому не нужной правдой.
— Что ты молчишь? Почему ты всё время молчишь? Или кричишь, или бесишься… — осекается. — Хотя нет… Не отвечай, не надо. Теперь я всё поняла, ты так себя ведёшь, потому что ни капельки меня не любишь.
